Книги

“Моби Дик или Белый кит” Германа Мелвилла. Энциклопедия китобойного промысла

В ряду самых сложных для восприятия книг мировой литературы вы непременно найдете “Улисса” Джеймса Джойса, “Тошноту” Жан-Поля Сартра, “Войну и мир” Льва Толстого и особое место в нем будет занимать роман Германа Мелвилла “Моби Дик”. Казалось бы, классическая эпопея о покорителях водной глади неожиданно оборачивается сложнейшим экзистенциальным произведением, во главе сюжета которого стоит противостояние сумасшедшего и бесстрашного капитана Ахава и монструозного непобедимого Белого Кита, ставшего олицетворением матушки природы.

Содержание

Авторская экспертиза

Успешное литературное произведение выделяется на фоне остальных тем, что автор всегда знает, о чем пишет. Так и только так можно поделиться с читателем правдивой историей и неподдельными эмоциями, рассказать о мыслях и идеях в надежде найти единомышленников. Феномен Германа Мелвилла в том, что он везде фигурирует не только как писатель и поэт, но и как моряк.

С 18 лет молодой Герман плавал на почтовом судне в качестве юнги, а в 22 года был принят на борт китобойного судна “Акушнет”. Можно с полной уверенностью сказать, что самый известный роман Мелвилла берет начало именно с той юношеской поры, когда море пьянило романтизмом, а пустой карман заставлял зарабатывать битьем китов.

Полтора года службы на “Акушнете” оборвались настоящим бунтом со стороны строптивого Мелвилла. Он высадился на Маркизских островах Полинезии, где провел несколько месяцев в обществе туземцев, про которых ходили небезосновательные толки, что они каннибалы. Но Мелвилл каким-то образом сумел добиться расположения дикарей, а после жизни в диких условиях его подобрал корабль военного флота США. Высадившись на берег, впечатленный своим удивительным странствием молодой человек взялся за написание романов “Тайпи, или Беглый взгляд на полинезийскую жизнь” и “Ому: повесть о приключениях в Южных морях”. Мгновенный успех произведений только раззадорил начинающего писателя, ведь его пробы пера были лишь разминкой перед написанием “Моби Дика”.

Сюжет

Молодой человек по имени Измаил мечтает устроиться на китобойное судно. Его мечта сбывается, когда объявляется о наборе команды на судно “Пекод”, капитаном которого является авторитетный морской волк по имени Ахав. Корабль отправляется в путь, но над судном нависла какая-то мрачная таинственность. Дело в том, что Ахав, годами ранее покалеченный гигантским китом, помешался на мести этому Левиафану и, по слухам, готов положить на алтарь возмездия жизни всех моряков своего корабля.

Мерное плавание периодически разбавлялось встречей с коллегами по цеху, с битьем китов и их разделыванием. Типичные будни китобоев, но пока все жаждали набрать побольше бочек китового жира и спермацета, а затем отплыть в Нантакет (начальную и конечную точку своего путешествия) за приличными барышами своей кампании, сбрендивший Ахав всюду искал призрак Моби Дика.

В конечном итоге капитан находит гигантского кита, с которым никто и никогда еще не смог сладить. Битва “Пекода” и Моби Дика длилась три дня (хотя будь воля кита, он оборвал бы все эти трепыхания на раз-два), завершившись катастрофой для китобойного судна. Из выживших остался только Измаил, который и поведал читателю эту историю.

Что собой представляет роман Моби Дик?

Роман “Моби Дик или Белый кит” является классикой американской литературы. В первую очередь, это связано не с национальной принадлежностью судна, на котором разворачивается действо произведения, а с кричащим символизмом, заложенным Мелвиллом в само повествование. “Пекод”, названный в честь истребленного индейского племени, символизирует собой Соединенные штаты Америки. Отсюда и многонациональная команда судна, говорящая на множестве языков, не имеющая ничего общего, но все же собранная вместе ввиду превратности судьбы.

Капитаном судна был сумасшедший Ахав, бросивший вызов самой природе и ставящий себя чуть ли не вровень с Создателем, которого постоянно хулит. Имя Ахава очень символично, если обратиться к библейским историям. То был израильский царь, отвергнувший веру в единого бога Яхве и ведший истовую борьбу с противниками своей новой религии, культа Ваала-Астарты. Поверив в свое могущество, ветхозаветный Ахав пал смертью от случайно пущенной стрелы в ходе битвы с сирийцами.

В остальном же роман начинается как увлекательная история от первого лица. Измаил прекрасно описывает быт и будни Нантакета, города китобоев. Особенно любопытными кажутся интерьеры помещений, от харчевни до церкви обладающие своим неповторимым колоритом и деталями. Примечательна также внешность обитателей того же Нантакета и команды “Пекода”. Национальный колорит и этнические различия смешиваются в общем котле повадок китобоев, что заставляет читателя из другой страны легко погрузиться в атмосферу этого отчаянного промысла.

Начало “Моби Дика” богато безмятежным повествованием и легким слогом. Еще далеко до тяжелых философских размышлений и энциклопедических вставок. Чем меньше напряжения в истории, тем легче роман читается. Главный герой даже находит место для самоиронии: взять хотя бы эпизод, когда Измаилу пришлось ночевать со своим будущим другом Квикегом, который пугал его одним лишь видом татуированного мускулистого тела, а на утро они уже обнимались во сне будто муж с женой.

Измаил и Квикег

С удивительной точностью и вниманием к деталям описывает герой внешность других постояльцев гостиницы, в которой он разместился перед тем, как оказаться нанятым на “Пекод”. Вспомнить момент, когда они завтракали: каждый из присутствовавших обладал набором уникальных черт, явственно выдававших в нем принадлежность к той или иной нации.

“Вот у этого здоровяка-юноши щёки напоминают цветом напоённые солнцем груши, от них и запах-то, кажется, исходит такой же сладкий; он не далее как три дня назад вернулся сюда из Индии. А тот, что сидит с ним рядом, не такой смуглый – это уже оттенок красного дерева. У третьего лицо ещё сохранило тропический загар, но только теперь порядком выцветший – этот человек, без сомнения, уже не одну неделю провёл на берегу. Но кто мог бы похвастаться такими щеками, как Квикег, чья рожа, исполосованная разноцветными линиями, казалось, подобно западному склону Анд, украшена была в одном замысловатом узоре всеми климатическими зонами?”

Но описание команды “Пекода” представляет собой не просто презентацию внешности и должности людей, разделивших с Измаилом многомесячное плавание, но и их характер, повадки.

“То были сплошь одни китобои: первые, вторые и третьи помощники капитана, корабельные купоры и корабельные кузнецы, гарпунщики и гребцы – смуглые, мускулистые люди с дремучими бородами, заросшая, косматая команда, с утра облаченная в матросские бушлаты вместо шлафроков”.

Не обделяет вниманием повествователь и командный состав китобойца. Капитан Ахав с самого начала кажется очень странным и даже сумасшедшим; его стычка со своим помощником и заместителем Стаббом поражает своей нелогичностью и одновременно показывает, кто капитан, хозяин на корабле и даже в какой-то степени тиран, а кто вынужден пресмыкаться, уступая в напористости, силе воли и умении стоять на своем. Помощники капитана строги только с матросами, но дрожат как юнцы сидя за одним столом с Ахавом. А вот простые гарпунеры ведут себя как свободные люди, которые спокойно кушают и даже шутят во время приема пищи в капитанской каюте. Ахав отлично разбирается в людях и ценит в них определенные качества. Отсутствие смелости, силы и желания бросить вызов судьбе моментально откидывают человека в личном рейтинге капитана на последние позиции.

Сумасшествие Ахава подтверждается, когда выясняется, что главной целью выхода “Пекода” в океан был не промысел китового жира, а месть Белому Киту, который в свое время покалечил буйного капитана. Ахав помешался на этой мысли, чем обрёк команду на следование приказам сумасшедшего и само собой дальнейшую гибель.

И как только казалось, что сюжет начинает развиваться, как только интерес к повествованию возрос, Герман Мелвилл начал вставлять нудные и детальные энциклопедические факты о китах. Начав с исторического и культурного аспекта символизма китов, он продолжил биологическим научным описанием строения и классификации этих млекопитающих, которых в те времена считали рыбой. Не преминул автор подробно поведать о случаях нападений китов на моряков, намекая на грядущую развязку своего романа. Отчасти все это имеет смысл, не будь эти сноски столь обширными, откровенно утомительными и отвлекающими от сюжета. А затем Мелвилл сдабривает это философскими размышлениями, и чтение превращается в тянущуюся резинку. В свое время на тему оценки романа “Моби Дик” очень емко высказался Эрнест Хемингуэй:

“Лучшее в романе — то, что про китов и китобоев, про настоящие вещи. А во всяких философских размышлениях вязнешь, как вязнет изюм в пудинге.”

Автор пытается убедить читателя, что для большинства даже наших современников кит – миролюбивое животное, а ведь на деле Левиафаны готовы сами нападать на людей, разбивать лодки и даже корабли. Это очень жестокое и беспощадное животное, которое лучше не злить.

Плюс помимо чисто литературного значения, “Моби Дик” может смело считаться энциклопедией китобойного промысла. А богатому набору фактов и интересных деталей произведение обязано опыту самого Мелвилла, приобретенного за годы его морских путешествий и дальнейшего штудирования соответствующей литературы и документов. Стоит отдать должное автору, он серьезно погрузился и в исторические книги, равно как в и религиозную литературу.

Текст “Моби Дика” – это рваный темп, сюжетные и стилистические перебивки, в которых запрятана лирика, жизнь китобоев, энциклопедия и философия. Автор, казалось бы, намеренно чередует энциклопедические главы с главами непосредственного действия, считая, что это помогает отдохнуть от динамики морских путешествий, а затем наоборот развеивает скуку от тонны справочных данных, водружая нас снова на борт “Пекода”. Всё вместе это должно познакомить нас с ремеслом китобоя и заставить поверить в опасность встречи небольшого суденышка с величественным белым китом. Но есть здесь и обратная сторона медали. В то время как мы утопаем в знаниях, теряется фокус и интерес к основному сюжету. Пока там тихо сходит с ума в своей каюте Ахав, мы копаемся в костном строении кашалота и иже с ним. И когда мы возвращаемся обратно на борт китобойца, то стараемся судорожно вспомнить, на чем же остановилось действо. После чего убеждаемся, что топчемся на месте, зарылись в фазе шизофрении Ахава, а сюжет просто не двигается с места.

Главный герой Белого кита

Структурную нестандартность и композиционную разрозненность романа дополняет и тот факт, что мы не можем однозначно сказать, кто был главным героем. Казалось бы, все просто: есть рассказчик, он же единственный выживший в крушении “Пекода”, вот он и есть главный герой. Логично, и это самая распространенная позиция. Но проблема в оценке рассказчика начинается прямо с первых строк произведения: “Зовите меня Измаил”. Как читатели, мы должны на слово поверить рассказчику и принять за должное, что его зовут Измаил. Не вдаваясь в библейские мотивы, которыми и без того пронизан роман, само имя героя выглядит чем-то вроде псевдонима.

Он не может раскрыть нам своей истинной личности, возможно, он скрывается или просто стыдится прошлого, а может и настоящего. Да и сколько раз Измаил просто выпадал из повествования? Будучи рассказчиком, его присутствие не чувствуется в сценах с Ахавом. Величие личности капитана затмевает всех и вся, поэтому даже Измаил, которого мы приняли сначала за своего парня, просто улетучивается в эти мгновения, теряя статус главного героя.

Измаил

Но кто же вместо него? Ахав? Возможно. Но во-первых, он не есть рассказчик, хотя многие главные герои уступают роль повествователя (вспомните хотя бы “Великого Гэтсби” Фрэнсиса Скотта Фицджеральда), а во-вторых, неоднозначность персоны капитана не позволяет воспринимать его в ипостаси главного героя. Да, он важная часть романа, даже неотъемлемая деталь механизма, без которой не запустился бы мотор сюжета, а замершая история не сдвинулась бы с места. Но он точно не находится в центре событий, он лишь актер, которому была отведена определенная роль в разыгравшейся трагедии.

Ахав

А может стоит обратить внимание на того, чье имя в заглавии романа? Действительно, имя собственное, данное киту, объясняет сакральный статус этого гиганта. Могучее животное перестало восприниматься просто тварью дрожащей. Окутанный мифологией и почти что поклонением морских волков Мобби Дик фактически очеловечен: он умеет думать, планировать, мстить, убивать и даже издеваться над своими жертвами. Все эти чувства и действия могут быть применимы только к разумному существу, обладающему душой. Белый кит с душой человека – главный герой?

Это была бы красивая история, неординарный шаг со стороны Германа Мелвилла. Но человек внутри читателя не может позволить считать хоть и могучее существо главный героем романа. Являясь центральной осью романа, линия Моби Дика все-таки являет собой Божью кару, месть матушки природы, возмездие и непреклонность судьбы – кому-как нравится. Но все-таки Белый кит – это образ меча правосудия, но не руки, которую кто-то держит.

Моби Дик

Все запутанно, неправда ли? Это и хорошо. На самом деле Мелвилл специально сделал так, чтобы каждый читатель смог составить свое собственное суждение о том, кто достоин быть главным героем. Или его вообще здесь быть не должно. Или все-таки есть самая главная сила, которая намеренно оставалась в тени морских баек, научных фактов и буйства стихии? Сила, которая всеми способами отводила Ахава и его команду от катастрофы, которая убеждала строптивого старика образумиться и поверить в ограниченность своих возможностей перед могуществом Левиафана. Эта же сила, несмотря на все богохульные и фривольные речи о несостоятельности фатализма, продолжала бороться за жизни столь дорогих и любимых чад своих. Но главный подарок человеку от этой силы – право выбора. Даже если выбор этот между спасением и погибелью.

Ахав выбрал погибель, но беда в том, что он приговорил к ней и множество славных моряков, чьи дни на земле могли и дальше освещаться лучами дружелюбного солнца, а вместо этого они получили шанс измерить дно океана и остаться там на веки вечные.

Библейские мотивы романа

Отдельно стоит поговорить о библейском символизме, который нарочито выставлен Германом Мелвилом напоказ. И ключевой особенностью этого символизма являются персонажи романа.

  • Моби Дик – это классический Левиафан. Сверхъестественный морской монстр, который был демоном, карающим и пожирающим души грешников. Он же являет собой образ того самого кита, поглотившего пророка Иону. Только молитва и вера в Бога спасла Иону. Был ли шанс у Ахава?
  • Измаил – рассказчик сюжета. Юноша, который был одинок до отправления на “Пекоде” в плавание и остался одинок после крушения. Единственный выживший член экипажа носил имя старшего сына Авраама. По слову Библии Измаил был изгнан из дома за неподобающее отношение к брату. И тогда и теперь имя Измаил стало атрибутом изгоя.
  • Ахав – самая одиозная личность романа. Сумасшедший капитан носил имя израильского царя, который злодействовал и насмехался над Господом, заменив его идолопоклонничеством. Во многом Ахав-царь – это прообраз Ахава-капитана, который также хулил Бога и в первую очередь поклонялся морю и уповал сугубо на себя. Объединила их и бесславная кончина.
  • Элайджа или Илия – странный житель Нантакета, который знаменовал о будущей катастрофе; странные речи этого загадочного человека смущали Измаила, но к ним нужно было бы прислушаться. Заодно послушать и всех остальных, кто скептически отнесся к идее плыть на одном корабле с Ахавом. Прослеживается образ пророка Илии.
  • Фалек – один из владельцев “Пекода”, который по библейским текстам был свидетелем вавилонского столпотворения. А чем иным, как не столпотворением был сбор интернациональной и межрасовой команды китобойца?
  • Вилдад – другой владелец “Пекода”, который отправлял в плавание команду и намеренно умалчивал о том, что капитан судна, мягко говоря, не в себе. Его библейский прообраз наблюдал на глазах разворачивающуюся трагедию Иова, чье тело охватила проказа. И Вилдад не находил в себе слов и не предпринимал никаких действий, чтобы остановить страдания другого.
  • Пекод – название судна, которое символизирует собой Вавилонское столпотворение. Много людей разных наций и рас собрались в одном месте. Порой они с трудом друг друга понимают, но в определенный момент времени оказались вместе, чтобы затем уйти в вечность.
  • Рахиль – название другого китобойного судна, которое в конце подбирает оставшегося в живых Измаила. Рахиль по Святому Писанию являет собой безутешную библейскую мать, потерявшую своего ребенка. И в романе капитан одноименного корабля потерял своего сына в битве с Моби Диком. Ищет его и не может найти, не может утешиться.

Вот такой набор разрозненных фактов и линий сюжета вмещает в себя одиозный роман Германа Мелвилла “Моби Дик”. Не зря долгое время произведение оставалось на вторых и третьих ролях даже в родной Америке. Лишь со временем критиками и литераторами стал проглядываться масштаб романа, его глубина и значимость как минимум для общества США.

Богатое символизмом произведение и сейчас актуально. Оно способно рождать бесконечное множество параллелей на события прошлого и даже наших дней. Мы можем представить в аллюзию на геополитическое противостояние 20-21 веков между США и Россией, где в роли “Пекода” определенно будут Соединенные штаты Америки с их президентом Джо Байденом, чья вменяемость порой вызывает сомнения, а в роли Моби Дика безусловно Россия, своими размерами и статью вполне себе подходяще изображающая многовекового кита, символизируя саму разрушительную силу природы. Но не стоит забывать, что зачастую Моби Дик – это Левиафан, то есть морское чудовище, которое в свою очередь подвластно только Создателю. А вообще это все буря фантазии и мыслей, таких же неочевидных и запутанных, как и роман Германа Мелвилла.

Дима Кулинар

Главный редактор и основатель журнала Stone Forest. Все вопросы можно задать по почте editor@stoneforest.ru. Присылайте свои резюме.

Recent Posts

5 правил эффективного бега

Крепкая форма, отличное настроение и хорошая выносливость — такие бонусы дает занятие бегом. Но для…

12 часов ago

Ошибки в подборе футбольной экипировки

Для того, чтобы добиться от тренировок максимума, важно не просто наработать технику и усердно трудиться.…

12 часов ago

Jeep Willys: история четырехколесной легенды

«Виллис» стал знаковым автомобилем для всей промышленности. Его появление ознаменовало новую эру, эру, в которой…

13 часов ago

Polar Bears International: организация по сохранению белых медведей

Заботиться о планете и ее обитателях, наших меньших братьях, становится с каждым годом все труднее.…

14 часов ago

“Круто сваренное” кино. Гонконгский боевик Джона Ву

Подумать только, когда-то Гонконг был третьим в мире поставщиком кинопродукции после США и Индии. Режиссеры…

15 часов ago

Карлос Мойя: первый испанский теннисист со званием лучшего в мире

Бывшая первая ракетка мира, теннисист Карлос Мойя выиграл более 500 матчей ATP. Отличившись в конце…

16 часов ago

This website uses cookies.