Генри Уодсворт Лонгфелло: жизнь и наследие самого знаменитого американского поэта XIX века

Генри Уодсворт Лонгфелло был одним из самых известных и любимых американских поэтов XIX века. Он достиг уровня национальной и международной славы, невиданного прежде в литературной истории США, и стал одним из немногих американских писателей, удостоенных места в «Уголке поэтов» Вестминстерского аббатства: его бюст установили там в 1884 году. Его стихи «Скачка Пола Ревира», «Псалом жизни» и поэма «Эванджелина» десятилетиями входили в школьные программы, а сам он показал, что в Америке можно жить литературным трудом. Лонгфелло стал первым американцем, зарабатывавшим на жизнь исключительно поэзией.

Детство и юность в Портленде

Лонгфелло родился 27 февраля 1807 года в Портленде, штат Мэн (тогда ещё часть Массачусетса), вторым сыном в семье из восьми детей. Его отец Стивен Лонгфелло был видным портлендским адвокатом, выпускником Гарварда, а впоследствии членом Конгресса. Мать Зилпа Уодсворт была дочерью генерала Пелега Уодсворта, героя Войны за независимость. Семейная история уходила корнями глубоко: по отцовской линии — к 1651 году, а по материнской Лонгфелло был потомком Джона Олдена и Присциллы Маллинс, прибывших в Массачусетс на «Мэйфлауэре» в 1620 году. Семья жила в первом кирпичном доме Портленда, построенном генералом Уодсвортом и поныне сохраняемом как литературный музей.

Мальчик рос жадным читателем: учиться он начал в три года, а в 13 лет опубликовал первое стихотворение — «Битва у пруда Ловелла» в газете Portland Gazette от 17 ноября 1820 года, подписанное просто «Генри». Друг семьи назвал стихи «скованными» и подражательными, что на время охладило пыл юного автора. В том же возрасте он сдал вступительные экзамены в Боудин-колледж, хотя родители решили, что первый курс Генри и его старший брат Стивен пройдут в Портлендской академии.

Боудин-колледж и выбор пути

В Боудин-колледже, куда братья прибыли осенью 1822 года, главным стимулом для Генри стали не занятия, а литературное общество Peucinian (Пьюсианское общество), объединявшее самых амбициозных студентов (его однокурсники Натаниэль Готорн, Франклин Пирс и Горацио Бридж состояли в конкурирующем обществе Athenean, Афинском обществе). Публикации в Portland Advertiser, American Monthly Magazine и United States Literary Gazette укрепили его в желании стать литератором — вопреки воле практичного отца, который опасался, что без карьеры юриста, врача или священника сын не сможет прокормить себя. «Я страстно стремлюсь к будущей славе в литературе, вся моя душа пылает ради неё», — писал Генри отцу ещё студентом. Он окончил колледж в 19 лет четвёртым в выпуске, а в своей выпускной речи призвал нацию поддерживать «наших американских авторов».

Судьба уберегла его от адвокатской конторы: вдова Джеймса Боудина пожертвовала 1000 долларов на учреждение кафедры современных языков — лишь четвёртой в США. Впечатлённые переводом оды Горация, попечители колледжа предложили должность молодому выпускнику на условии, что он за свой счёт отправится в Европу совершенствоваться в языках. В мае 1826 года Лонгфелло отплыл из Нью-Йорка в Гавр и провёл три года во Франции, Испании, Италии и Германии, живя в семьях в Париже, Мадриде и Риме и обретая языковую беглость. В итоге он свободно владел восемью языками и уверенно читал ещё на восьми.

Профессор, вдовец, поэт

Вернувшись в Мэн летом 1829 года, Лонгфелло в 22 года возглавил новую кафедру современных языков Боудин-колледжа. Он преподавал французский, испанский, немецкий и итальянский, сам переводил учебники и грамматики, писал эссе о европейских литературах для North American Review — и при этом настаивал, что американские писатели не должны копировать европейцев. Провинциальный Брансуик тяготил его, а преподавательская рутина почти не оставляла времени для творчества.

14 сентября 1831 года Лонгфелло женился на Мэри Стоурер Поттер, дочери судьи и своей бывшей соученице. Вскоре вышла его первая крупная книга — путевые очерки «За океаном» (Outre-Mer: A Pilgrimage Beyond the Sea), тепло принятые публикой. В декабре 1834 года ему предложили кафедру современных языков в Гарварде с возможностью предварительно провести время в Европе. В апреле 1835 года супруги отплыли за океан, посетили Англию, Швецию, Данию, Нидерланды и Германию, но поездка обернулась трагедией: у Мэри случился выкидыш, и 29 ноября 1835 года она умерла от осложнений. Убитый горем Лонгфелло провёл год в Германии и Швейцарии, преждечем в конце 1836 года вернуться в Бостон и приступить к преподаванию в Гарварде.

Гарвард и расцвет славы

В Кембридже, тогда провинциальном городке с населением 6000 человек, длинноволосый профессор в жёлтых перчатках и цветастых жилетах выглядел романтической фигурой европейского толка. Его лекции пользовались популярностью, а среди новых друзей оказался Чарльз Самнер, повлиявший на аболиционистские убеждения поэта. В 1839 году в 32 года Лонгфелло опубликовал роман «Гиперион» и первый поэтический сборник «Голоса ночи», а в 1841 — «Баллады и другие стихотворения». Многие стихи (например, «Псалом жизни») говорили о торжестве человека над невзгодами — тема, вдохновлявшая молодую, ещё становящуюся нацию. Обе книги отлично продавались.

Личная жизнь складывалась труднее: бостонянка Фрэнсис («Фанни») Эпплтон отвергла его предложение, повергнув поэта в отчаяние. Лишь после его возвращения из очередной европейской поездки 1842 года (во время которой он гостил в Англии у Чарльза Диккенса) их отношения возобновились, и 13 июля 1843 года они поженились. Начались, по общему признанию, восемнадцать самых счастливых лет его жизни. У пары родилось шестеро детей, пятеро дожили до взрослых лет. Фанни вдохновляла мужа и подсказывала темы; когда он несколько лет страдал от перенапряжения зрения, граничившего со слепотой, она записывала его строки и помогала с переводами. Их дом Крейги-хаус на Брэттл-стрит, где в начале Войны за независимость жил Джордж Вашингтон, стал центром литературного круга Новой Англии: здесь Лонгфелло принимал Диккенса, актрису Сару Бернар, а незадолго до смерти — Оскара Уайльда.

Главные книги

В 1847 году вышла «Эванджелина: повесть об Акадии» — большая поэма о том, что сегодня назвали бы этнической чисткой: британцы изгоняют французов из Новой Шотландии, разлучая влюблённых, которые находят друг друга лишь спустя годы, когда герой умирает. Поэма выдержала множество допечаток и закрепила за автором репутацию лучшего из живущих американских поэтов. Заметный резонанс вызвало и стихотворение «Постройка корабля» — поэтический комментарий о том, как рабство угрожает единству страны.

В 1854 году Лонгфелло оставил преподавание, чтобы целиком посвятить себя поэзии. В 1855 году появилась «Песнь о Гайавате» — большая поэма на материале индейских преданий, а в 1858 — «Сватовство Майлза Стэндиша». Обе книги имели огромный успех: тиражи разлетались, и опасения отца о финансовом будущем сына окончательно развеялись — литература принесла Лонгфелло целое состояние.

Когда страна двигалась к гражданской войне, поэт обратился к национальной истории: в апреле 1860 года он вместе с Чарльзом Самнером поднялся на башню Старой Северной церкви, и этот визит вдохновил поэта на «Скачку Пола Ревира» — призыв к мужеству перед грядущим конфликтом, черпающий силу в памяти о Революции и герое тех дней, Поле Ревире. Лонгфелло поддержал избрание Авраама Линкольна и продолжал выступать за отмену рабства.

Вторая трагедия и поздние годы

Через несколько месяцев после начала войны в июле 1861 года случилось несчастье: платье Фанни, запечатывавшей конверт воском, загорелось. Несмотря на отчаянные попытки мужа спасти её, на следующий день она умерла от ожогов. Раздавленный горем Лонгфелло два года ничего не публиковал, находя утешение в детях и чтении «Божественной комедии» Данте — позднее он выполнил её первый американский перевод. В 1863 году вышли «Рассказы придорожной гостиницы», в основном написанные ещё до гибели жены. В том же году старший сын Чарльз сбежал из дома и записался в массачусетский кавалерийский полк; к концу года он был тяжело ранен и отправлен домой, что добавило семье горя.

К окончанию войны в 1865 году 58-летний поэт уже создал свои главные произведения, но слава его только росла. В одном Лондоне его печатали 24 издательства; стихи Лонгфелло читали по всему англоязычному миру и широко переводили, что сделало его самым знаменитым американцем своего времени. Среди его почитателей были Авраам Линкольн, Чарльз Диккенс и Шарль Бодлер. С 1821 по 1882 год он получил 20 000 писем и, как говорили, ответил на каждое. После войны Лонгфелло вместе с Самнером добивался в Сенате закона о международном авторском праве (принятого уже после его смерти). В 1868 году он отправился с детьми в 15-месячное европейское турне: Кембридж и Оксфорд присвоили ему почётные степени, а королева Виктория дала в его честь приём.

С 1866 по 1880 год вышли ещё семь его поэтических книг. 75-летие поэта в феврале 1882 года отмечала вся страна, но здоровье его угасало, и 24 марта 1882 года Лонгфелло скончался. Похоронен он на кладбище Маунт-Оберн. Узнав о его смерти, Уолт Уитмен написал:

«Он приходит как поэт меланхолии, учтивости, почтения — поэт всей сочувственной мягкости, вселенский поэт женщин и молодых людей. Мне пришлось бы долго думать, если бы меня спросили, кто сделал для Америки больше и в более ценных направлениях».

Четыре жизни: падение и возрождение репутации

Вскоре после смерти репутация Лонгфелло стремительно померкла и почти столетие подвергалась насмешкам. Модернисты требовали от поэзии сложности и обращённости внутрь (Эзра Паунд, внучатый племянник Лонгфелло, по слухам, стеснялся родства), а университетские филологи, выстраивая канон американской литературы вокруг самобытных голосов Уитмена и Дикинсон, отодвинули «поэтов у камина» в сторону. Лонгфелло ставили в вину приоритет сюжета над словесным экспериментом, напевную архаичную рифму и безоблачный национальный оптимизм. Показателен 1855 год: одновременно с «Гайаватой» вышли новаторские «Листья травы» Уитмена, и в этом прямом сравнении, по словам гарвардского профессора Лоуренса Бьюэлла, «Лонгфелло проигрывает».

Однако в последние десятилетия работы Бьюэлла, биографа Кристофа Ирмшера («Longfellow Redux», 2006) и других исследователей вернули поэту заслуженное внимание. За «каминным» образом открылся другой человек: искусный рисовальщик, пацифист с чувством юмора, друг радикалов, тайно жертвовавший деньги бывшим рабам и чёрным церквям, поддерживавший женщин-писательниц и художниц своего времени.

Он не считал поэзию средством протеста или исповеди — для него это было ремесло, служащее гражданскому диалогу, истории и искусству, поэзия, «объединяющая людей». Поздние элегии памяти жены и Готорна, плотное и сложное стихотворение «Костёр из плавника», а также «Эванджелина», зазвучавшая сегодня как рассказ о трагедии диаспоры, показывают Лонгфелло куда более глубоким автором, чем его карикатурный образ. К 200-летию поэта в 2007 году Хоутонская библиотека Гарварда открыла выставку «Публичный поэт, частный человек», а по всей Новой Англии прошли концерты, лекции и экскурсии — свидетельство того, что «четвёртая жизнь» Лонгфелло продолжается: не икона с библейской бородой с фотографии Джулии Маргарет Кэмерон 1868 года, а живой человек и писатель, достойный нового прочтения.