Запоздавшее письмо, или Белый Лев Святой Елены

Рука выводит в картах путь,
Ровняя градусную сетку.
В румба́х и ветрах вновь маршрут
Условно воскрешая к свету.
Архив дал цифр скупых отчёт,
Официоза блёклый росчерк.
В глубинах вод год не течёт
И дней не семь в безмолвной толще…
Робер вновь вдохновлён на бой!
Готовьтесь, мглы могильной скалы,
Чьи зубы в волнах на убой
Разбили строй армады славной!
Он ищет “Витте Лиув” год,
Бумаги дел ост-индских роя.
Голландец мыслей зянял ход,
Француза впредь лишив покоя.
Нёс “Белый Лев” большой охват
Добычи из земель заветных:
Огни камней Голконды, яд
Роскошных тканей и монету.
И тонны перца и фарфор,
С ума сошедшему дворянству
По белой глине, перлов гор
Успевших в бочках устояться.
Идёт уверенно процесс.
Вот дно просеял звук, как сито.
Но где же клад известных мест?
Молчаньем бездн вод мгла покрыта…
Был жаркий бой у хладных стен
Пустого острова. Два судна
Шло португальских. Скорый плен
Голландцы им несли подспудно.
Четыре судна из низов
Седого Рейна, мутной Шельды
Стремились взять весь груз судов
У берегов Святой Елены.
Но опытен был лузитан –
Из бухты пламень пушек брызжет,
Клубится дым и взрыв и гам
И мачты – в щепы, ядр лёт свищет…
Робера группа подняла
Четыре пушки в слое перца,
Куски фарфора, хлам стекла,
Бревно от мачт и в иле дверцу.
Робер смущённо осмотрел
Труд водолаза, эхолота
И до отчизны полетел,
Планируя вести работы.
И дома вдруг пришло письмо,
Открывшее удар по гробу:
Огнём в ошмётки разнесло
Весь “Витте Лиув” вмиг подробно.