Интервью с «Outlaw Heroes Standing»: хардкор, музыка, субкультура, политика

11 864
Outlaw Heroes Standing - Stone Forest

Недавно у нас состоялась необычная встреча, необычное интервью, которое сходу перетекло в настоящую беседу. Удалось пообщаться с крутыми парнями  музыкального коллектива «OutlawHeroesStanding», представляющих столицу Российской Империи)) В узком хардкорном кругу ребята всегда были на слуху и успели нажить много друзей и откровенных врагов. Но это не мешает им заниматься любимым делом. Нам было интересно узнать о философии коллектива, об их взгляде на суровую действительность сегодняшних дней и о жизненных позициях по поводу многих вопросов. Но еще больше хотелось узнать о музыкальной составляющей «OHS». В беседе участвовали Ваня (вокал), Костя (гитара) и позже к разговору присоединился Миша (ударные).

Outlaw Heroes Standing - Stone Forest

Начнем разговор с актуальной темы. Самая ярая мода на хардкор была лет 5-6 назад. Что это за понятие такое хардкор, потому что, на все 100% уверен, что даже многие ваши поклонники тех лет понятия не имеют об истоках и происхождении хардкора, для чего он нужен и что несет собой?:

Ваня: Хардкор, в первую очередь, это протест… (Костя добавляет: «Против расизма» — от души посмеялись – прим.ред.). Это протест, это молодость, это бунт и энергия. Когда ты протестуешь против правил, чиновников, беспредела, ментов. Создаешь свою низовую структуру, свою ячейку людей, которые тебе интересны, которым интересен ты. Ребят, которые являются не слюнявыми эмо и не готами, откапывающими трупы. А являются нормальными ребята с депрессивных регионов и районов где, как мы знаем, бытие определяет сознание. И в какой-то момент, на заре образования современного государства, хардкор пришел в Россию, и многие молодые парни стали увлекаться хардкором: «5 углов», разные питерские, московские коллективы.

Костя: Всем известно, что хардкор пришел из панка. Это в первую очередь музыкальное направление, которое соответствует образу жизни, образу мышления. Это возможность быть собой,  не бояться говорить о том, о чем другие молчат. Когда хардкор попал в такие политизированные субкультуры, как «фа», «антифа», он начал использоваться, как политический инструмент. Когда мы создавали группу, это было году в 2005, а в 2007 уже приобрело окончательную форму, мы изначально абстрагировались от всего этого. Мы были против использования хардкора, как инструмента. Мы хотели говорить то, о чем другие не говорят, о чем другие молчат. То есть не боялись идти против толпы, кто бы там ни был. К 2007 году, когда группа образовалась, хардкор-сцена уже была сформирована. Опять же «шафки»-«боны».  Они очень успешно друг с другом воевали, и мы, так или иначе, тоже были во все это вовлечены. Но мы никогда не боялись быть самими собой, называть вещи своими именами. Мы никогда не имели отношения к тем или другим, потому что смысл хардкора – идти против толпы. Об этом все песни, это и есть дух хардкора и молодости. Когда ты понимаешь, что тебе по силам изменить ситуацию в молодежной субкультуре и в стране в целом, ты не боишься об этом говорить. Настоящий хардкор – это когда полузакрытые вечеринки, пусть даже для 20 человек в зале, для небольшого моба, небольшой банды, а снаружи 200 человек головорезов пытаются их накрыть. Вот это настоящий хардкор, в этом есть дух хардкора. И я считаю, что «OHS», как группа, несмотря ни на что, сохранила этот дух. Потому что сейчас абсолютно очевидно для всех, что мы не боимся идти против толпы. Мы называем вещи своими именами. И так было всегда, так было с самого начала. И сейчас, наши бывшие уже друзья и другие группы, пришедшие на сцену после нас, пользуются нашими наработками. Тем, что мы сами создавали: некурящие и непьющие залы, отсутствие людей на сложных щщах и персонажей,  жмущихся по углам. Мы убирали барьер между зрителями и музыкантами, создавали единое пространство, сколько бы народу ни пришло на концерт. У нас никогда не было многочисленных концертов – 30, 50, 100 человек. Самый многочисленный концерт был в районе 200 человек в лучшие годы, когда это достигло пика глобальной моды. Но когда ты понимаешь, что это становится модой, мейнстримом, значит, что-то идет не так. Потому что в этот момент толпа, которая тебя превозносит, начинает оказывать на тебя давление, начинает на тебя влиять. Тогда ты перестаешь передавать дух хардкора, потому что ты превращаешься в того, кем тебя хотят видеть. Не тем, кем ты являешься на самом деле, затмевая то, что ты пытался донести все это время. К примеру, с самого начала мы отрицали свою причастность к «гитлерам», «бонизму», но этого никто не хотел слышать. Интервью, которое вышло в 2012 году, оно на тот момент многими было проигнорировано. Все те вещи, что там были озвучены, следовали из самых истоков, но на это забивали х*р. Боны считают нас шафками, шафки считают нас бонами. Это говорит о том, что мы не являемся ни теми, ни другими. У нас есть своя четкая позиция, которая была все эти годы. И мы продолжаем ей следовать. Вот что такое хардкор. Это не просто какие-то там гитарные риффы, ревущий вокал или кардан. Это все х*рня. Хардкор – это когда ты не боишься быть собой. А все остальное – гитары, барабаны – это уже вторичное. И на этом мы стоим, и, надеюсь, будем стоять.

Соответственно этим и обусловлено название «OHS».

Костя: Да, именно этим обусловлено название. Название, кстати, появилось еще в 2005 году. Тогда мы много всего обсуждали в своем узком кругу, а в составе был Дивинский, мой хороший друг, он же Обама, я его знаю больше 10 лет. Когда я все это преподнес и придумал, у нас было много споров. Но в конечном итоге идея пришлась по душе. И третий человек, который с нами был тогда, это Света, которая играла на басу. Сейчас она живет в Германии. У нее все хорошо, недавно родилась дочь. Желаем всяческого успеха.

Раз уже вне концепции всего интервью пошел разговор, ответы получаются развернутые, продолжим в том же русле. В самом начале ты затронул много интересных тем,  но хочется выяснить раз и навсегда, почему прошла мода на хардкор?

Костя: Мода всегда проходит вне зависимости от того, хотим ли мы этого или нет. В какой-то момент это стало очень круто, появилась мода в одежде: «айрмаксы» и спортивные штаны. Хотя мы к этому не имели вообще никакого отношения, это развивалось помимо нас. Хотя к этому имели отношения некоторые наши близкие друзья, но я с ужасом понимал, что это полнейший пи***ц и деградация.

Ваня:Тут надо отметить, что мы открыли хардкор лишь  для какой-то части людей. Очевидно, что у представителей «антифа» хардкор появился намного раньше. У них была сформирована вся тусовка, концертная деятельность, сцена была намного мощней. В 2007-2008 годах они были очень активны. Но получилось так, что мы открыли хардкор для публики из среды националистов и футбольных фанатов. Для многих это стало действительно открытием. Они жили без этого, и тут оно вдруг появилось в их жизни.

Костя: Но это касается больше молодежи. На самом деле, весь этот хардкор был в 90-х годах и среди околофутбольной публики. Я, например, застал те времена, когда чуть ли не единственной хардкор-группой в Москве были «Clown’sBall». Они были заявлены аполитичной группой, у них не было никакого бонизма.

Ваня:Но мне трудно назвать это хардкором. По музыке — с натяжкой , а по содержанию это просто тяжелый рок.

Костя: Нет, это хардкор. Это признанный многими факт. Например, в 2000 году вышло интервью с Баем («Distemper»), который говорил, что «Clown’sBall» — это хардкор. Но парни стали заложниками своей политики, хотя они играли настоящий уличный хардкор, который берет свое начало в 90-х годах. И первая их публика – это весь околофутбол того времени: «Flint’sCrew», их окружение и т.д. Но они никогда не пропагандировали именно бонизм и «зиг хайль». Просто по мере формирования хардкор-сцены левого толка было заметно противопоставление творчеству «Clown’sBall». Именно из-за публики и именно из-за того, что сами музыканты придерживались определенных взглядов. Поэтому говорить о том, что шафки привезли хардкор в Россию – это большое преувеличение. То, что он стал массовым в 2007 году благодаря им – это факт. Но не более того. На их концертах стала появляться полиция сцены, это их «ноухау». Люди, которые называли себя анархистами, занимались фашизмом, решая, кто будет ходить на их концерты, а кто нет. Решали, какая группа является хардкором, а какая нет. Кто будет популярным, а кто нет. Кто может принимать участие в фестивале, а кто не может. Все это является проявлением тоталитарных комплексов неполноценности, двойных стандартов и, конечно, когда ты за других людей начинаешь что-то решать, ты, по сути, сам фашист. А раз так, то ты не можешь называть себя —  хардкор, так они сами заявляли. Но, тем не менее, у них была такая сцена. Она очень разрослась. Это была авторитарная закрытая тусовка. Например «Whatwefeel», как крупнейшая группа, очень боялись проводить открытые концерты, потому что якобы их накрывать будут и все в таком духе. Но многие группы, которые в свое время начинали, например «Unconform», не имели какой-то окраски. На них ходили те же самые люди, которые потом другим выносили такфир, предъяву. А тогда в конце 90-х и начале 00-х никто не обострял ситуацию. Это был просто угар, хардкор-шоу, где все собирались. Касательно же той публики, что ходила на наши концерты, то это была в основном молодежь, новое поколение. Хотя у меня есть друзья, те же старые околофутбольщики, которые еще застали сцену 90-х, они тоже поначалу приходили, но потом многим стало уже не до этого – семьи, бытовуха и т.д.

Ваня: Когда я ходил в тот период на концерты, я не представлял, какая публика меня там ждет. В детстве ходил  один раз на «Distemper» и понятия не имел, кто там свой, а кто чужой. Это был 2006 или 2007 год, на этом концерте присутствовал Ваня «Костолом» ныне убиенный и уже тогда был здоровым кабаном и стоя по углам орудовал локтями. Я это хорошо запомнил, потому что я тогда был малолетним долбо**ом. Он меня немного испугал, потому что он был раза в 3 больше меня.

Костя: Ну как так, ты че испугался что ли?

Ваня: Я испугался. Ну че, б**, он  же огромный! И тогда думал, кто это вообще? Я слышал про «наци», «антифа», но не более того. Для меня было открытием, когда они начали шизить после перманентной драки «Антифа!». Я долго не мог понять, что они кричат. «Антипанк»? Уже позже я осознал что они  «захватили»  большую сцену  и политизировали  там все очень быстро. Позже  стало понятно, что ни к чему хорошему это не привело, но это уже другая тема.

Костя: Еще что касается моды. Была очень мощная мода в Москве на ска-музыку. Я тоже это застал. Она в начале 2000-х начала развиваться, и где-то в 2007 мода прошла. Это была мощнейшая сцена. Они заявлялись, как аполитичные, но многие члены тех групп придерживались не совсем политкорректных взглядов. Но это никого не останавливало на тот момент. Были привозы западных групп, всегда все вместе выступали, никаких проблем не было. Например, один из самых мощных концертов, который я видел в своей жизни, был первый приезд «BadManners» 2003 года. Там было огромнейшее количество народа, под  1000 человек, сумасшедшая атмосфера. Половина публики были люди, которых принято называть «бонами». Но никаких проблем не было вообще, настолько все было позитивно и угарно. Все плясали под эти зажигательные ритмы и не обламывались ни разу. «Вайтпавер» не работал. Хотя существовала «вайтпавер»-сцена, которая всегда осуждала ска, рэп, хардкор. Это была влиятельная сцена. Также как и была влиятельной «шавочная» сцена. Они угрожали, оказывали давление на людей. Это все было. И глядя на обе эти сцены, понимаешь, что им никогда не был интересен хардкор, как музыка, как творчество. Они использовали его, как инструмент политического влияния.  Они просто не понимали, откуда он появился и зачем. Когда мы только начинали, многие боны воспринимали  поход на наши концерты как событие, где можно позиговать, как и на других тусовках. Мы им  говорили, что, ребят, это не для вас, не про вас, и никак вас не касается. Это наша сцена. Мы создаем с нуля сцену, можете отдыхать. Но, тем не менее, они всегда пытались использовать эту среду для своего влияния. И публика отчасти понимала хардкор под влиянием политической конъюнктуры. И так было всегда, и так, пожалуй будет. Так уж устроен человек,  проще делить мир на черное и белое, получать готовые ответы, и тем самым чувствовать себя в порядке. Чем доходить до чего-то своим умом. Но в какой-то момент нацистская субкультура вообще отказалась от молодежной музыки, им это стало просто неинтересно. Назиговались. Ведь чтобы заниматься каким-то криминалом, не обязательно слушать Oi!, панк, ходить на группу «Коловрат», это все можно было вершить, не прибегая к каким-то субкультурным течениям.  А ведь скинхед субкультура, хоть ты обоср*сь, это в первую очередь шмотки, пиво, стиль, образ жизни. Он никак не вяжется с политическим радикализмом. Скинхед-культ не нужен для этого. Что у шавок, что у бонов. У одних одни политические цели, у других другие. И каждая из сторон пыталась использовать скинхед-культ для вербовки своих сторонников. В итоге получилось так, как получилось.

Характерно для России, когда какой-то позитивный посыл превращается в политический инструмент.

Костя: Ну, это не только для России. К тому же этот инструмент влияния характерен не только для бонической сцены. Например, на загнивающем западе в султанате Дойчланд, в Германии, существует мощнейшая политическая сцена. Полиция сцены, точнее. Недавно они опубликовали громадную статью, разоблачающую московских, российских антифашистов. Тем самым вынесли им такфир. Они с немецкой педантичностью, скрупулезностью откапывали интервью, какие-то высказывания людей, и доказывали, что эти люди не толерантны, что они на самом деле никакие не антифашисты, что они сами чуть ли  не боны. И тем самым они пытаются оказывать давление и на российскую сцену и на свою. Они устанавливают правила и говорят, что все им должны следовать, в противном случае будут санкции, будет отлучение от церкви со всеми вытекающими последствиями. Т.е. грубо говоря, вам запретят называться хардкором, откажут в солидарности и возможности турить по Европе, а для многих это самое страшное наказание.  Ведь это такой показатель своеобразного престижа — получить патентованное признание толпы тех, перед кем ты заискиваешь, но не договариваешь. Так зачем же туда ездить на поклон?  Деньги собирать? Те суммы, которые собираются в этих «турах», ну это совсем  не те цифры, о которых стоит заикаться и которые могут на что-то повлиять. И самое логичное в такой ситуации это было бы послать их всех на х*р, ведь кто такие эти немецкие люди, чтобы кому-то что-то объяснять и учить? Они вообще никто и звать их никак.  Если бы не Россия, их бы сейчас вообще не было. А все эти компании шапкозакидательские чего стоят?  Как, к примеру, «Остановите «Thor Steinar». Это же бред, как так можно? «Thor Steinar»– это 100% халяльная шмотка, которая производится в Турции и обозначающая приверженность к таухиду. Это какая-то исламофобия получается. Эти антифа немецкие, в частности, выступают также против движения «Pegida» (европейские патриоты против исламизации), но они сами исламофобы получаются, потому что пытаются остановить «Thor Steinar».

А правые параллельно защищают «ThorSteinar»,а значит и ислам?

Костя: Если человек носит «Thor Steinar», то уже как минимум он уважает Пророка, и он не «Шарли» это уж точно! Получается, что Турецкий султанат, в вассальной зависимости у которого находится Дойчланд, немецкий султанат, несет убытки из-за этого. Стало быть, немецкие антифашисты сами являются  исламофобами. Сначала им нужно вытащить бревно из своего глаза, прежде чем вообще рот открывать. И вот они продолжают обвинять кого-то в гомофобии. Что такое фобия? Это боязнь. Да никакой боязни нет. Никто не боится пид****ов, трансгендеров. Что это такое? Есть здоровая позиция, здоровых людей к определенным вещам. Сам термин гомофобия – это харамный термин, выдуманный еврочекистами.

Ваня: Просто есть люди, которые получились какими-то неправильными: неправильное взросление, у родителей что-то не складывалось. В итоге в голове что-то неправильно срослось, они просто неправильные люди. Это же не значит, что мы боимся их. Просто они испорченные. Это как машина сломанная. Ты же хочешь ее из своего двора выкинуть, потому что она мешает тебе парковаться, здесь то же самое. Никто не хочет сказать, что их кто-то боится. Просто с ними никто не хочет иметь дело. Естественно, ходить и убивать кого-то – это не выход. Какие вообще у пид**ов  поводы  заикаться о своих правах. При нынешней власти  у них здесь созданы все тепличные условия. Вся медийная тусовка состоит на 70% из пид****ов,  Галкины, Моисеевы и т.д. Никаких притеснений они не испытывают, выступают на центральных каналах, ездят по корпоративам и турам. Единственное, что им запрещено – это заключать свои браки, и у этого есть свои объективные причины. Никто не будет для них что-то менять, наоборот это они собираются подменять понятия о нормах в нашем обществе. Эти  нормы же не просто так появились, или их Путин нарисовал в конституции? Люди тысячелетиями жили в таком обществе.  Еще есть анархо-феминистки и прочая шушера, они тоже хотят что-то поменять, чтобы мужчина все время ходил и извинения просил у женщин, потому что она ему банально симпатична, или у него *** встал на нее. Послевоенное общество  в Европе вообще слетевшее с катушек, они строили цивилизацию заново. И они построили ее такой больной под опекой американских кредитов. Западные люди разучились жить в нормальном обществе. Естественно, костяк населения там составляют все те же обычные люди, они работают с утра до ночи, и вообще за чертой города вся эта гниль плохо приживается, но в  городах, особенно  в больших это сильно ощущается.

Костя: О чем говорят эти западные люди? Обвиняют нас в гомофобии. В России есть Борис Моисеев, который open-гей с 90-ого года. Над ним, конечно, все угорают. А как вы хотите? Но никакого притеснения или ущемления нет. Он живой и здоровый. И живет получше, чем многие натуралы.

Осталось понять, как мы к этому разговору пришли.  

Ваня: И правда, начинаешь с  «фа» – «антифа», а заканчиваешь Борисом Моисеевым.

Костя: Ну, это одно и то же. Потому что ближайший соратник Гитлера Эрнст Юлиус Рем активно практиковал эти связи для сплочения арийской мужественности.  Они были open-геями. Вы почитайте Максима Горького. Он в свое время сказал: «Уничтожь гомосексуализм, и фашизм сам исчезнет». Он сознательно сращивал национал-социализм и фашизм, для того чтобы обозначить общую позицию.

Ваня: Ленин и Горький сидят. И Ленин, потягиваясь, говорит: «Кто ж тебя Горьким назвал, сладенький ты мой?»

Костя: Не знаю, мне кажется, Горький был нормальным человеком, натуралом. В общем, наша группа последовательно выступает против всех этих  тоталитарных сект, движений.

Ваня: Если быть честным, то тоталитаризм пошел от философских измышлений некоторых великих теоретиков, таких как Макиавелли, Ницше. Им подавай все или ничего. Фатальность, идеалистическая модель общества. Общество никогда не будет идеальным. Никогда не построишь абсолютное общество, где отменят деньги, и все будут получать по заслугам. Это абсурд. Человек просто несовершенен по природе, это надо принять и не строить идеальное генетическое общество. Выявлять хорошие гены, а плохие уничтожать? Никогда этого не получится. Плохих людей раскулачивать, хороших сажать? Общество самодостаточно, оно развивается по своим внутренним законам и выдвигает наверх тех, кто этого заслуживает, если не трогать эту модель. Вторгнуться можно легко – отнять заводы, к примеру. Но из этого ничего хорошего не выходит, как мы видим.

Костя: Господь Бог не создал идеальных людей. Он не разделил весь мир на черное и белое. Здесь нет выбора из двух крайностей. Каждый человек сам принимает решение, каждый человек сам понимает, что плохо, а что хорошо. В этом ключ к пониманию всего мира. Если сделать всех людей одинаковыми, то из этого ничего не выйдет. В этом главная ошибка всех тоталитарных сект и тоталитарных идеологий. Всех этих нацизмов, антифашизмов и прочих коммунизмов. В этом их главная проблема. То есть тот, кто следует всем этим идеологиям, он уже не на истине. Максимализм юношеский допустим, он даже нужен. Но зрелый человек не может себе позволить огульно делить всех людей на хороших и плохих.

Получается, большинство людей идут в субкультуру бездумно?

Ваня: Все мы понимаем, что именно привлекает молодежь в таких идеологиях. Гигантские масштабы, желание быть частицей чего-то огромного, факельные шествия. По сравнению с жизнью в деревне, когда ты видишь говно из-под коровы и поле кукурузное 10 км на 10 км и свой деревянный дом, вот эти гротескные вещи, громадные шествия многотысячных девочек кажутся чем-то серьезным. Молодым людям хочется быть причастными  к этому. В космических телах большой объект энергетический притягивает маленькие предметы. Он летит по своей траектории, а маленькие к нему притягиваются. А он практически не меняет траектории. У тоталитарных движений тоже свои траектории, а люди хотят быть к этому причастными. Но надо думать немножко о себе, желательно головой.

Костя: Еще стоит добавить, что во Вселенной вещество распределено неравномерно. Из-за этого и появлялись кометы, звезды, планеты. Это нужно понимать. Идеально ровных поверхностей не существует, всегда есть какие-то шероховатости, которые оказывают сопротивление, создают трение. Поэтому как бы человек не старался, какие бы теории не придумывал, он никогда не получит то, что он хочет. Настоящая жизнь более многогранна, потому что  есть божественное установление, истина. То есть, как говорят у нас в народе: «Человек предполагает, а Бог располагает».

Ваня: Единственное, во что мы верим, это великий русский народ. Только русский народ мог выстоять перед преградами на своем жизненном пути, и только русский народ  достоин владеть этой землей.

Костя: Я хочу обратить ваше внимание, что Россия, русская культура, русская цивилизация существует больше тысячи лет. И это факт. С этим придется считаться всему миру. Больше тысячи лет. Они говорят, что мы империя, шмимперия, имперское сознание. Позвольте, господа, какие империи существуют тысячу лет? Россия – это не империя. Это огромная культура, огромная цивилизация, уходящая своими корнями в глубь веков. Сохранилась четкая преемственность традициям, поэтому русская цивилизация по-настоящему великая цивилизация. Следовательно, ее надо ценить, ее надо научиться ценить, ее надо научиться понимать. Этого нельзя сделать в рамках субкультуры, пусть даже хардкор-субкультуры. Потому что хардкор-субкульутура – это все-таки молодежная вещь, рассчитанная на молодых людей, на выход их энергии, на осознание каких-то базовых вещей. Но каждый русский человек в своей жизни должен прикладывать усилия, чтобы понять русскую культуру, русскую цивилизацию. Жизнь – это гораздо больше, чем хардкор, политика или что-то еще. У нас есть громадная кладезь русской культуры, которую мы обязаны ценить и вникать в это все. И на этом мы стоим.

Ваня: Мы верим в русский народ, и он своим существованием ломает много мыльных пузырей, которые великие теоретики надували в течение своей жизни. Они все обещают и говорят, набирают паству, идут всей гурьбой сюда, и все здесь лежат в могилах, в общих братских могилах без имен. Толку от этого нет. Что Наполеон, что Гитлер. Один хотел варваров приобщить к какой-то европейской цивилизации, но потом увидел, что эти варвары, которых он освобождает от Царя-эксплуататора, поголовно уходят в ополчение. Он понял, что глубоко ошибался, и что сейчас пойдут освобождать его народ от него же. То же самое с фюрером, который думал, что русский народ его с распростертыми объятиями встретит, будто он с запада и несет западные ценности.

Костя: Раз уж мы затронули тему Наполеона, есть такой ставший популярным термин «национал-предатели», очень емкий. Такие люди, как либералы, например, были и при Наполеоне, и при Гитлере — коллаборационисты. Они оправдывали свое предательство тем, что у нас тут варварская цивилизация, и  что неплохо бы это все уничтожить. И жить под гейропейцами в цивилизованном мире, они должны нас, де мол, освободить. То Наполеон нас освобождал, то Гитлер. И эти коллаборационисты все так же обманываются. Ведь при разделе России первыми, кто пострадают, будут русские люди. Русских сделают крайними. Мы уже не раз проходили это, когда союз разваливался. Были этнические чистки, притеснения. Местные считали, что русские виноваты во всем. Что русские построили Советский союз и угнетали их. И они пытаются реабилитировать свои комплексы именно на русских.

Политические теории в отличие от научных, не принято подвергать сомнению. Ведь научные теории вообще со временем отвергаются, планета же плоская, как мы все знаем. Но почему-то теории политиков не опровергаются. Кстати, к разговору о тоталитаризме. Именно вашу группу обвиняют в поклонении российскому тоталитаризму. Почему так складывается? Почему тема самоидентификации, которую вы в музыке пропагандировали и пропагандируете до сих пор, не была услышана?

Костя: То, что сейчас происходит, здесь нет никакого тоталитаризма- империализма. Это ширк и куфр, выдуманный чекистами в подвалах вашингтонского обкома. Это чекистская идеология, которая работает по установке, что мы все империалисты, хотим захватить весь мир. Это чушь собачья. Киев, на секундочку, мать городов русских.

Ваня: Это когда к тебе залезают в карман, берут сотку, ты его останавливаешь, а тебе в ответ: «Ты что, жмот что ли?»

Смешно слышать обвинения в империализме от Соединенных Штатов.

Костя: Это огромная тема, тут главное, что на Украине местное население любит говорить: «Отстаньте от нас, у нас свои дела!» Базара нет, у вас свои дела, но вы не забывайте, кто вы и откуда появились. Вашему государству 20 лет от роду. Всего 20 лет назад Украина стала полноценно независимым государством. У вас был исторический шанс начать все с нуля. Отказаться от мнимых или действительных обид и утопий. Ельцин и Горбачев вам предоставили возможность  начать все с нуля. Но что они сделали? Вместо этого они начали пропагандировать, назовем условно — жидобандерье. Начали скакать, ой-вей, во всем виноваты москали, а у нас тут древняя «укропия», древняя цивилизация и т.д. И это все делала украинствующая интеллигенция — идеологические наследники УПА, и в конечном итоге это возобладало, потому что было, опять же,  доступней. На самом деле Украина, хотите вы этого или не хотите, с Россией одно историческое пространство, населенное одним народом. Конечно, русский народ  огромен. Он распространяется на огромную часть континента. Логично, что между разными частями этого огромного народа существуют региональные различия. Это объективно и обусловлено реальным положением дел. Что на Урале, что в Москве, что в Киеве существуют региональные различия, языковые — свой говор. Пермяки говорят на своем наречии, москали акают. Но если возводить эти региональные различия в культ, то отсюда все это и берется. Это противопоставление и ненависть. Украинская идея – это идея ненависти и противопоставления себя России. И на этом они стали строить свое государство. И сейчас мы пожинаем то, что они строили все эти годы. Хотя Киев – русский город. Там украинского нет ничего, покажите мне, что там украинского?

Ваня: Я хотел добавить, что они начали строить это не совсем случайно, мягко говоря. Они всегда были в плотном соприкосновении с мощнейшими империями: Австро-венгерская, польская. Поляки объективно нерусские люди, западные люди. Даже если смотреть на их религию, культуру, их движения.  Куда они ездят сортиры мыть? И эти поляки хорошенько поработали вместе с австрийцами над украинцами. А кто такие австрийцы?  Это просто восточные немцы. Это те же немцы, они просто на востоке жили, в «восточном государстве», в Ауст-Рейхе. У них была определенная политика в отношении малых национальностей, к каждой был определенный подход. С венграми не получилось, как с украинцами, они их немного повысили в статусе, стали Австро-Венгрией. По факту, венгры мало что решали в этой Австро-Венгрии, но звучит клево. На той же территории были и сербы, и хорваты, и румыны, и украинцы. Получилось так, что в  ходе войн часть территории Австро-Венгрии была населена славянами, которые 50-100 лет назад входили в орбиту русского государства. И они начали их очень сильно обрабатывать. Но если быть объективным, то там силен  и дух махновщины, потому что живут они далеко от центра, а от Петербурга еще дальше. Там люди не всегда понимали, зачем им подчиняться беспрекословно центру. Можно послать всех на ***, собрать отряд и добыть казну. Там это всегда было. Это проблемы любого государства, которое расширяется в слишком больших масштабах. Это региональное неповиновение, и оно наложилось на мощнейшую работу австрийцев. Они работали не прекращая с того момента, как эти территории попали в их орбиту. Они все вопросы проработали и создали украинство. Там были газеты, философы, они даже язык сразу создали украинский. Там люди не спали, делали все, чтобы оторвать их от России. Правда, там были русины. Мало кто знает, но есть такие люди, как русины. У них история еще интересней. Они считают себя русскими,  попавшими в окружение врагов и сохраняющими свой язык, культуру и политическую ориентированность. Если бы они были под Брянском, они уже давно сказали: «Все, давай, присоединяй уже!»

Костя: На самом деле, когда Украина становилась отдельным государством, там был любопытный референдум в Закарпатье. Кому интересно, могут посмотреть цифры этого референдума. Это к вопросу, что Украина – це унитарное государство. Вы посмотрите Крымские референдумы. Не наших дней, а предыдущих. Украина никогда не была единым государством. Не может быть она унитарным государством, потому что собрана она из разных кусков и собрана разными людьми, с разным менталитетом, с разным вероисповеданием. Что такое украинец? Это термин, сопоставимый с термином россиянин. Между ними можно ставить знак равенства. Есть русский, и есть россиянин. Все понимают, что это разные вещи. То же самое и там. Украинец – искусственный термин. Там есть малоросы, закарпаты, русины, галичане, гуцулы. Сама украинская культура – это гипертрофированная гуцульская культура. Сельская культура людей. А сейчас это уже имперская гуцульская идеология, которая претендует на то, что у них есть какое-то унитарное государство, хотя им его подарили совершенно другие люди.

Унитарность украинского государства всегда ставилась под сомнения, особенно учитывая сам факт присоединенных к ним земель, которых иначе как подарками от клятых москалей назвать нельзя.

Ваня: Они считают, что не подарили. Моя теория такова. Почему сейчас происходит то, что происходит? Почему там сейчас такой шабаш, подъем, урапатриотизм? Там урапатриотизм в кубе, если не в десятой степени. Там если ты не урапатриот, то ты предатель. Если ты индифферентен, на тебя смотрят, как на шпиона ФСБ. Или вообще Путина. Почему это происходит? Потому что сейчас там нация, как таковая, только рождается. Как государство, они ничего не завоевали, ни куска, ни метра. Все было прикреплено кем-то, когда-то. И Ельцин пьяный рукой своей начертил, типа, подписываемся, вы только ядерное оружие верните, и ок, все, мы, типа, совок рушим. И первый секретарь украинского обкома или партии, что там у них было, сказал: «Мне все нравится». Поставил печать, подпись и получилось украинское государство. Всем понятно, что это трудно назвать завоеванием. Это даже трудно сравнить со Швейцарией или Бельгией, потому что это осколок. Не советского союза, а Российской государственности. Днепропетровск ,Харьков  Крым, ну и вообще все города в центральной  и юго-восточной Украины основали либо отвоевали русские люди. Украинцев там не было в природе. Переселение с запады Украины началось после того как закрутились жернова советской украинизации. Это советский термин, которому противопоставлялся непокоренный дух Донского казачества, Запорожского. Они противопоставляли этому русскому духу украинский, гуцульский дух. Им разрешили все что хочешь. Все остальное неукраинское запретили. Они обязали людей учить язык якобы «родной» для них, как вам это?

Костя:Высшее чиновничество украинское общается между собой на русском языке. Все! Коломойский, Тимошенко, Порошенко. Идет искусственное строительство, искусственное внедрение мовы. И более того, эти так называемые украинские националисты гордятся тем, что они украинцы. Украинец – это соборное понятие. В России нет, например, нациков или националистов, которые бы гордились тем, что они россияне. Для русского человека россиянин – это оскорбление. Если ты русскому человеку сознательно скажешь: «О! Ты россиянин!», — ты оскорбишь его. А ты им говоришь:«Ты украинец!». Они в ответ «Да! Я украинец!».

При этом со всей душой чтут своих героев, хотя про них толком ничего и не знают.

Ваня: Не знают! Никто! Кто такой Шухевич, Шевченко, Мазепа,Мельников. Никто ничего не знает. Здесь-то  молодежь ничего не знает, а там тем более. Село!  Они знают про сим-карты, телефон, «Вконтакте» москалям поугрожать.

OHS - Stone Forest

Несмотря на все эти слова, у вас же был концерт в Тернополе, что скажете по этому поводу?

Ваня: Было оху******о!

Костя: Я немного поясню, как мы туда попали. Изначально мы давали концерты в России, в разных городах, и постоянно приходили предложения с Украины. Ребята, приезжайте, отдохнем, угарим. В основном приглашения были из Харькова, из Киева, но так получилось, что Харьков это весьма бонический город. То есть там постоянно проходили «перун-фесты», «янстюарт мемориал», и вся публика там была адская, закостенелая, боническая. Нам было бы неприятно, если весь зал стоял с поднятой рукой, это совсем пи**ец. То же самое было в Киеве. Там были люди, связанные с «Сокирой Перуна», которые пытались организовать совместные фесты с боническими группами. Это все было нам неприемлемо. И тогда же появились люди с западной Украины, так называемые автономные националисты. Они все такие прогрессивные, против Гитлера, цивилизованные.

Ваня:Они на полном серьезе выступали с идеей, что у них свой путь. Организация тоже была на уровне, был целый «сквод». Они более приблизились к анархии, чем все московские и питерские представители.

Костя: Мы подумали, что если выступать на Украине, то тогда лучше на западе, раз там такие все веселые и прогрессивные. Нам эта идея показалась интересной и привлекательной. И сам концерт прошел очень весело, нам понравилось. У них был свой независимый дух, они делали это без оглядки на каких-то бонических фюреров. Они все делали по энергии, по угару. И в этом мы с ними были очень похожи. Но, несмотря на все это, там была западная Украина. И там был культ Бандеры. Для нас он ширк. Мы тогда приехали в гости к людям и не стали обострять тему. Думали, ребята балуются там.

Ваня: Честно говоря, не то что не стали обострять. То есть если эта тема поднималась, но не в качестве  прикола,   то она была нам неинтересна.  Многие из нас тогда воспринимали Бандеру, СС «Галичина», как прикол, андерграунд. Как здесь «Коррозия металла». Я купил значок СС «Галичина» по приколу, «дякую боже шо я не москаль» тоже, как и значок черно-красного цвета. Но все угарали, всем было прикольно. И никто не знал, что люди на полном серьезе будут хотеть смерти москалям и сжигать людей в Одессе. Когда тут говорят, что царь круто,ты знаешь, что разговор не про монархию, или, например, одевший майку UFC или M1 вовсе не значит борец . Для него это просто мода, эпатаж, прикольно. Есть  православный андерграунд, когда люди одевают футболку «Православие или смерть», это же не на самом деле. Люди могут быть далеко не верующими, но для них это прикольно. Там мы также к этому отнеслись.

Костя: Западная Украина очень сильно отличается в этом плане от восточной. Там культ Бандеры органичен и естественен. Возвращаясь к тому концерту, мы там выступали 1 мая, 2 уехали, а 9 мая произошел инцидент очень неприятный, когда группа активистов пыталась растянуть георгиевскую ленту и возложить цветы  к памятнику воинам освободителям. А бандеровцы схавали это и накинулись  на них. У нас внутри были очень сильные терки по этому поводу. Но тогда решили, что лучше не обострять, закрыли глаза, но как показало будущее, зря мы это сделали. Надо было на самом деле обострять, потому что все эти недосказанности, не проговоренные моменты в будущем рождают более серьезные вещи.

Ваня: Когда это произошло 9 мая, я, точно помню, написал, что на западе у них это органично. Не стоило провоцировать их, потому что западная Украина потеряна навсегда. Там действительно много людей, которые думают, что Советский союз такое же если не большее зло, чем Гитлер. Но если люди кому-то возложат цветы, что там Шухевич с Бандерой умрут еще раз? К политике это не имеет отношения, возможно, это и делали какие-то политические партии, но гораздо больше акций со стороны про-бандеровской молодежи. Чуть ли не каждый день марши. Они раскрутили планету, как Дивинский говорил. Ходят каждый день и крутят планету своими маршами. Никого этот коммунизм не волнует на самом деле. Отживший фетишизм – звезды, серпы – это все символы старого поколения, надо им оставить это просто. Им это действительно нравится, молодость вспоминают, ничего с этим не сделаешь. Что теперь, бить их за георгиевские ленточки, даже если ты на западе Украины живешь?  Тем более когда тебе 14 лет, и ты ни *** в этой жизни не понимаешь. Ты даже не понимаешь, что движет человеком. Тебе сказали, это враг, он хочет, чтобы ты жил плохо. Этого достаточно. Или тебе сказали, что это отсталые или тупые люди, их там зомбировали. Все, этого достаточно. Идешь, срываешь ленточку, все, ты крутой.

Костя: Этот поступок был мерзкий и скотский. Мы, на самом деле, были бессильны что-то изменить, потому что это на уровне государства культивировалось. Еще был такой момент, что они пытались всеми силами откреститься от Гитлера, что якобы была какая-то третья воюющая сторона. Это все полнейший бред и чушь. У них говорят, что в УПА воевало 250 тыс. человек, партизанило. Что такое 250 тыс. человек по сравнению с 6 миллионами украинцев, которые сражались против нацизма в РККА? Это просто несопоставимо. Никакой третьей стороны не было. Это выдумка политическая. Все знают, кто такой Бандера, что он был шестеркой Гитлера, сидел на особом положении.  Многие говорят, что он тоже сидел в концлагере. Так он сидел-то как? Он козлом был. Он работал на администрацию.

Ваня: Это шестерка, которая не во время решила стать семеркой.

В принципе личность Бандеры в историческом смысле вообще слишком преувеличена. У нас много внимания обращают на него и пугают детей им, хотя он просто никто был по сравнению со своими современниками. А с противоположной стороны на него молятся и божатся.

Ваня: Этот персонаж несопоставим даже с Власовым.

Костя: Но сейчас он стал героем. Им нужны масштабные герои для строительства. Украинская цивилизация – это сельская культура. Они выдумывают своих героев на ходу. Из любого. Мазепа тот же. Они откопали из го**а Бандеру, обмазались Бандерой и пытаются сделать из него героя. Это просто смешно, это не выдерживает никакой критики. Бандера не может быть героем для 40-миллионной страны. Он может быть героем для своего родного села, Калуш.

Ваня: Львов тоже с натяжкой, хотя это больше польский город.

Костя: Смысл в том, что он не может для такого большого народа быть героем, быть объединяющим символом.  А они говорят, что у нас унитарное государство, единое государство, и он герой для всей 40-миллионной страны, это чушь собачья. Это противоречит истине.

OHS - Stone Forest

По факту сейчас обсудили тему вашего альбома. Чему кстати посвящен ваш альбом на самом деле? И хотелось бы спросить про конкретную песню «Послесловие» и строчку «…за тех, кого нашли и кого потеряли…». Это же про конкретных людей вы говорите.

Ваня: Многие и правда подумали, что текст написан о событиях на Украине, что люди поменялись в нашем составе. Но это не так, потому что текст написан в 2013 году. Так что к украинским событиям точно 0% попадания. И к любым перемещениям в группе тоже мало имеет отношения.

Костя: Текст песни написан в марте 2013 года. Весь альбом не посвящен конкретно чему-то. Это жизнеописание, жизнеощущение того, что жизнь это есть нечто  большее, чем поверхностная субкультурная возня, политические разборки и все такое прочее. Все текста с этих песен были написаны в период с 2010 по начало 2013 года. Это было задолго до всего этого водораздела, задолго до всех разборок и не имеет к этому отношения. И эти слова, про которые ты говорил, они затрагивают жизнь. Потому что в жизни каждого человека наступает такой момент, что с кем-то ему больше не по пути, вне зависимости от того, что там происходит в политике или где-то еще. Точно так же каждый человек в своей жизни начинает понимать, что он нашел что-то новое, он открыл для себя какого-то нового человека, кто стал для него новым другом, кто помог ему. Вот к чему эти слова. И, конечно же, мы прекрасно понимали, что предательство повсеместное оно присутствует и в нашей жизни тоже, от этого нельзя уберечься. И мы сталкиваемся с ним каждый день. Потому что все эти недосказанности в нашем кругу всегда существовали. Потому что был плюрализм мнений, никто не навязывал никому и ничего. Мы были против сектантства. Каждый оставался со своими взглядами и заморочками.  И смысл единства заключается в понимании этих заморочек, в понимании, что у другого человека может быть мнение отличное от твоего. И в принятии этого человека таким, какой он есть. И мы прекрасно понимали, что не каждый сможет это принять, что рано или поздно ему придется сделать выбор. И тогда этот человек от тебя отвернется. Как впоследствии и произошло. Спустя год, когда текст был написан, начались демонстративные отписывания из друзей. Этот текст в этом смысле не то, чтобы пророческий, но во многом актуальный.

Ваня: Я тогда начал осознавать происходящее, думал, может мы как-то притянули эти события? Тут про потеряли друзей, тут слова про весну славянскую. Но эти текста были намного раньше написаны. Я вам так скажу, когда все это начиналось, у нас был большой скепсис в отношении того, что выйдет на Украине и конкретно относительно Донбасса. В отношении людей, которые там живут. Все мы думали, что это депрессивный регион, что там алкаши и наркоманы и т.д. и т.п. Мало из нас, кто там бывал и с кем-то общался. В итоге ошибались. Но многие нас не поняли. И в целом недосказанность рождает пропасть, другого выхода не было, нельзя другим способом достучаться до людей.

Костя:Надо всегда оставаться самими собой.

Как в самом начале и говорили – идти против толпы.

Ваня: Просто некоторые люди, например, владимирские, с которыми мы плотно общались, нижегородские. Они тогда не были толпой. Они сами смотрели нам в рот и хавали все, что мы им могли дать. Им было интересно: мош, хардкор, вертухи, субкультура. Они смотрели и впитывали. Но за людьми не уследишь 24 часа в сутки. Ты вроде на концерте с ним общаешься, это вполне адекватный человек, абсолютно тебя понимает, со всем соглашается, уезжает в свой Владимир. Через год ты встречаешь этого человека, а он абсолютно другой. И начинает вдруг говорить, что русские люди как-то не очень. Потом этот человек вообще открещивается от  русского национализма.  Ездит в Америку, веру продает и т.п. Но ты же не мама с папой им. Но прежде никаких обострений и не требовалось, с нами не спорили. С нами рядом не было людей, которые были не согласны с нами до такой степени, что бы творить этот позор, который они сотворили. Если человеку категорически не нравилось то что мы делаем, то мы, как правило, просто расходились молча. Например, концерт в Туле. Там были тульские боны, они пришли посмотреть на нас. Они пришли, посмотрели, послушали и ушли. Мы их не видели, не общались, не пересекались. А те люди, которые были с нами, они позже такими стали. Жизнь так сложилась.

Костя: Это сейчас и есть, что называется, мода. Появилась мода на то, чтобы срать «рашку». И я знаю, абсолютно точно в этом уверен, что пройдет время, и эта мода изменится, на 180 градусов. А мы кем были, теми и остаемся. Нам абсолютно плевать на моду, на толпу и шапкозакидательские темы. Мы остаемся собой. Я застал конец 90-х, я помню, что тогда творилось среди молодежи, и вижу то, что сейчас происходит и понимаю, что это все пройдет. А то, что проходящее, не имеет никакой ценности.

Ваня: Это определенная истерия при помощи социальных сетей, бесполезного общения. Эта истерия рано или поздно пройдет и будет похмелье у людей. Они уже много дел наделали, будет просто стыд и позор.

Костя:Возвращаясь к вопросу о так называемых друзьях, при личном общении никто из них не вывез за свою новую моду. Никто. Ни один. Они все съезжают, они понимают, что они не на истине. Некоторые отвечают, у нас там друзья на Украине, как же быть? А у меня там бизнес. Как я буду продвигать свою тему? Майки продавать.

А что скажете о некрологе об ОХС? Его же написали конкретные люди. Они за свои слова так и не ответили?

Ваня: Дед скажет, что там наши братья, а вы ватники и все такое, без конкретики, он на полном серьезе ждет фюрера. А второй участник этого действия вообще при личном общении говорит, что ему пох** на Украину и украинцев. Что ему все равно, он строгий нейтралитет по всем вопросам скользким. По факту получается совершенно другая история. Подрывная деятельность жидо-бандерская идет не прекращаясь, но Бог ему судья.

Костя: Смысл в том, что многие из нацистской субкультуры не имеют своего мнения, у них нет своего критического взгляда на мир. Они просто реагируют на какие-то атрибуты, как собака Павлова реагирует на вспышку лампочки, у нее начинается слюновыделение. Вот точно также и они. Они увидели на Майдане «14-88», они увидели руну, и все, они наши. Они поехали, рунами обмазались. У них руны уже протухли, сами воняют рунами. Сидят зигуют. Получается, что они за кусок просроченной зиги продали Родину. С потрохами. Им Коломойский-жид сказал, можете зиговать, но будете обязаны…

Ваня:  Новая власть создает фундамент из ура-патриотов и будущих титушек, Аваков лично нацистов награждает. Наградил PeopleHater’а. А человек нацист расовый, антрополог, воплощение» всего антропологического». Получается, ты берешь у жида награду и кланяешься в сапоги ему и целуешь их.

Костя: Смысл в том, что эти так называемые батальоны, все подконтрольны жидам. Они не скрывают этого. Там два брата Суркиса, братья Константиновские, Коломойский, Фирташ – все они еврейские представители мафиозных кланов.  Один Суркис работает в УЕФА, другой возглавляет «Динамо Киев». Они в свое время с помощью криминала и убийств пришли во власть. Они все сейчас управляют в ручном режиме молодежными  околофутбольными тусовками Украины. Всеми без исключения. В Одессе есть Палица, который вышел на «Сегедку» и Дмитрия Бобрусева, лидера «Сегедки». До этого одесский движ не стеснялся ехать с имперскими флагами во Львов, драться за Россию. Они считали себя русскими. Потом Палица, ставленник Коломойского, переобувает их. Они начинают орать «Слава Украине!». Многие из этих людей участвовали в событиях 2 мая. Это так, к справке. Как-то после одесских событий их околофутбольный движ выпустил заявление, что они не хотят войны, что они, типа. нейтралитет. Но на недавнем спортивном турнире они собирали деньги на АТО. Есть люди из «Черноморца», тот же Лом из старых, которые лично участвуют в батальонах. Они все по факту поддерживают АТО и поддерживают жидо-бандеру. Они переобулись всем движем, за редким исключением. В Днепропетровске есть такой Влад Кузьмич. Он работает у Коломойского и этим гордится. И такие люди контролируют эти толпы. А толпу не смущает, что эти люди евреи-мафиози. А сами при этом на плотной зиге сидят.

Некролог о ОХС.

Сложившаяся ситуация не позволяет совести больше молчать. Некогда ОХС была мощной тусовкой с постоянным активом человек в 30, которые пробивали выезда, протаскивали группу и будоражили сознание окружающих. Без лишнего пафоса- мы закрутили целую движуху, отголоски которой слышны до сих пор и, черт возьми, нам стоило это больших усилий. В нашей команде были абсолютно разные люди от радикально правых до практически аполитичных, которые плодотворно работали бок о бок за счет того, что мы сторонились политических тем, митингов и избегали пиздабольства в интернете, реагируя на события прямыми действиями. Отчетов о нашей деятельности и свидетелей событий сейчас не проблема найти.
Всему приходит конец и наша движуха загнулась, как это не прискорбно признавать. Можно было бы много разглагольствовать о том, почему так произошло, но былых времен это не вернет. В то же время группа в контакте продолжает существовать и живя автономно попала в руки человека, который представляет свое мнение, как мнение всего сообщества. Немного не мало 6000 подписчиков — это результат плодотворной работы всего коллектива, регулярных концертов, выездов и совместных акций, в которых мы подставлялись плечом к плечу с новыми друзьями. В этой связи нами было принято не простое решение: коллектив ОХС, после почти 3-х летнего молчания заявляет о прекращении своего существования, позорить свои имена этой ебалой мы не позволим и если у кого-то есть желания пиздаболить в интернете, то пусть он делает это от своего имени. Всем тем, кто был причастен, друзьям из других городов и особенно братской Украины, мы приносим свою благодарность за участие и поддержку, движуха распалась, но дружба живет.

Многие любят говорить, что для достижения цели любые средства хороши. Украинская сторона любит говорить, что за ополченцев воюют чечены, а у самих воюет батальон Дудаева.

Ваня:Они придумали себе оправдание, что будет рано или поздно Майдан 6.0 и они естественно всех скинут. Человек, у которого есть глаза, увидит всю эту ситуацию и скажет, дружище, ты же шабесгой, зачем ты работаешь на еврея? Зачем ты пляшешь под его дудочку? А он ответит, я жду Майдан 6.0. И обязательно сделаю, что собирался сделать. И мы возьмем власть в руки.

Костя: Кстати, недавно вышло интересное интервью с криминальным авторитетом Леонидом Ройтманом. Он космические вещи рассказывал про Украину. По сути, эта смена власти – реванш днепропетровской группировки против донецких. В свое время Кучму обрабатывали донецкие представители, они вымогали у него деньги. Кучма что сделал? Он позвонил Лужкову в Москву, тот связался с Кобзоном, чтобы тот обратился к Япончику с просьбой решить донецкий вопрос. После этого подорвался лидер донецких по фамилии Брагин. А его правой рукой был как раз Ринат Ахметов, другой убийца. И вся новая власть на Украине – это криминальный передел. Плюс есть  Славик Константиновский, спонсор батальона «Киев-1», который знаменит тем, что продал свой «RollsRoyce», чтобы вооружить людей для АТО. Этот человек – убийца. Есть показания людей, указывающих на убийство криминального авторитета Асмакова. И кучу других людей. Все это криминальная группировка, которая дорвалась до власти. Тимошенко, Аваков, Ярема, Гелетей и прочие – это все чистый криминал. И после этого они говорят, что у них состоялись демократические выборы, пришли к власти новые люди. У вас пришли к власти бандиты и убийцы, которых  назначали чекисты из вашингтонского обкома. То есть это даже не скрывается.

И главное, никто новый не пришел.

Костя: Именно. Вот они говорят, люстрация, иллюстрация, кастрация, а в итоге все бандиты, олигархи на месте, на которое их поставило КГБ Вашингтона. И они говорят о какой-то независимости, но все же понимают, что это херня полнейшая.

Ваня: Это независимость уровня африканской банановой республики. Независимость, кончающаяся дворцом президента. Все остальное даже не пахнет независимостью. Они зависимы уже от кредитов международного валютного фонда. Они зависимы от воли Евросоюза, от поставок американского оружия. 40-миллионное население поставлено на колени 50-тысячной группировкой ополченцев, бывших слесарей, автомойщиков. Вопрос путинских поставок – это второстепенное. Их же всего 50 тысяч! Там нет никакой группировки ударной, нет никакого фронта. Они сидят просто по городам, это не страна, это просто клановое гнездо паучье. Хотя хочется верить, что рано или поздно появится настоящий патриот , который поймет с кем ему стоит строить отношения. В первую очередь, с русскими людьми. Никто не говорит про Путина. Мы все находимся в оппозиции  Путину. Он находится уже 25 лет у власти и тот момент, когда он умрет своей смертью и перед этим найдет себе приемника, будет ключевым. Момент прихода русскоориентированной власти, которая будет связывать свою жизнь и жизнь своих детей с этой землей. Вот когда этот момент наступит, тогда, возможно, появится и украинский патриот, который сможет сказать, мы часть большого великого народа.

Костя: Нельзя так заранее загадывать, кто там придет к власти: русскоориентированные, нерусскоориентированные. Это космическое будущее. Это все очень туманно. Тут есть такой момент, что Малороссия переживала в своей истории подобные события. Когда гетьманат метался между западом и Россией в поисках лучшей доли. Это все уже проходили. Также были войны, они также выбирали польскую шляхту, за турков воевали. И тут возникает такой вопрос: «Ну что, сынку, помогли тебе твои ляхи?» Это все повторяется. История циклична. Это все не ново. Это все уже было. Все було.

Давайте вернемся все-таки к музыкальному коллективу, к музыкальной составляющей. Какую консерваторию каждый из вас заканчивал?

Ваня: Я самоучка, пробовался в грайндкор группе, кричал. Кстати, драммер той группы сейчас играет в одной интересной группе – «Скопцов» (Godbearing people). Нацископцы, у них на обложке нарисован русский человек, что-то отрезающий себе.

Костя: Я думаю, этим скопцам необходимо такую процедуру произвести в рамках коллективного самооскопления.

Ваня: Хаха. Ну, он  много пил всегда. Возможно, в этом и нет нужды уже.

Костя: На самом деле я стопроцентный самоуч, селфмейд, диайвай, никаких школ не заканчивал, долго все осваивал на коленке. Я открою вам страшную тайну, у меня даже нет музыкального слуха и голоса.

Ваня: Но 99% текстов написал он, поэтому это доказывает, что как поэт среди нас одарен только он.

Костя: Это показывает, что хардкор – это больше, чем музыка. Для хардкора не нужно обладать семи пядей во лбу. Эти знания музыкальные даже мешают. Ставят рамки. Когда я приходил ко всему этому делу, я был от всего абстрагирован. У меня был чистый лист, который я сам малевал, как хотел. Это дольше, но честнее. В этом тоже есть дух настоящего хардкора.

(к разговору присоединяется барабанщик Миша): Я тоже полностью самоучка, я просто играл в музыкальных группах с общими знакомыми Ивана.

Ваня: Что касается творчества, мы честны перед вами будет, мы не профессионалы и не так уж далеки от нуля.  Но ведь в хардкоре и не нужно ставить на поток музыкальные творения. Мы стареемся  по мере возможностей, все идет не так быстро.

Костя: Мы это делаем от души, от чистого сердца. Не превратили это в коммерцию, мы ни за один концерт не получили ни копейки. Нам частично оплачивали проезд на дорогу, но в основном все свои концерты мутим сами, за свои же деньги, назло всем врагам. То же самое касается дисков, альбомов, выпускаемых за свой счет и раздаваемых всем желающим. У нас все открыто, все прозрачно. Это настоящий панк-рок, настоящий хардкор, так оно и останется.

Если это не коммерция, чем вы тогда на жизнь зарабатываете?

Костя: Изначально каждый работает и зарабатывает на жизнь своей специальностью, бизнесом или чем-то еще. Сейчас, правда, я не работаю, ищу работу.

Ваня: Он врет, он не ищет работу. У него очень много женщин старше его, которые достаточно богаты. На репетиции его привозили разные дамы на «лексусах», «инфинити». Фотографии есть. У человека очень большое либидо, он, наверно, тестостерон себе вкалывает втайне от меня. Что касается моей работы, то я занимаюсь логистикой, перевожу грузы из Китая, еще откуда-то. Это скучная работа, в офисе сижу.

Миша: А я на телике работаю. Я звукоинженер.

Ваня: Я вообще-то думал, что ты оператор. Теперь понятно, кто нам будет треки сводить.

Костя: Каждый зарабатывает, просто изначально мы взяли за основу, что мы отдаем другим людям свое творчество, мы открыты, взамен ничего не получаем. Кроме отзывов положительных, которые придают нам силы. Тут нет, и не может быть никакой коммерции, это противоречит духу хардкора. Мы тратим свое время, силы, чтобы все это придумать, записать. 1,5 года почти альбом писали.

Все это время не смолкали панические вопросы, когда же выйдет альбом.

Костя: Тут не все зависело от нас. Были допущены ошибки при записи, пришлось кое-что переделывать, люди динамили. Это все создавалось на коленке, своими руками.

Миша: Вообще-то свои партии я записал за одну ночь. Больше ничего не делал.

Костя: Миша в этом плане молодец. Он за 3 часа записал все партии на альбом. Отлично записал, по высшему разряду. Грубо говоря, немного подровняли и готово.

Миша: Я думал, через месяц или два альбом выйдет. А прошел почти год.

Костя: Мы начали записывать барабаны 23 февраля. То есть в этот день закончилась  Олимпиада в Сочи и были посрамлены все, кто не верил в Россию. В эту же ночь мы начали записывать альбом.

Ваня: Русские люди опять вые**и  этих западных людей. Ми их сдэлали. Ми их виибали.))

Какого числа состоялся ваш последний концерт? Точная дата.

Костя: Последний концерт состоялся в 2012 году во Владимире на свадьбе нашего близкого друга. Ох***ельного друга. Лучше и не будет. Этот концерт был последним, и тогда было объявлено, что следующий состоится очень не скоро. Потому что была запланирована пауза, чтобы перевооружиться текстами, темами, записать новый материал, выпустить его и продолжать с новым материалом. Но никто не думал, что все затянется на более долгий срок. Но получилось так, как получилось.

То есть люди не могут с оптимизмом смотреть в будущее?

Ваня: Не только лишь все.

Костя: Не каждый может это сделать. Мы изначально не заточены, чтобы часто давать концерты, турить постоянно, как «Whatwefeel», к примеру. Потому мы все заняты своими делами. Мы и так-то давали немного концертов. У нас нет даже и 50 концертов. Мы выступали время от времени. Я, например, не считал их количество. Смысл в том, чтобы каждый концерт навсегда оставался в памяти, всегда был чем-то большим, чем просто шоу. Это могут подтвердить те, кто ходил на эти мероприятия. Всегда удавалось создать фантастическую атмосферу. В том числе, это было ввиду того, что они проходили не так часто. Потому что расход энергии идет колоссальный. Например, у нас был концерт в Самаре, а на следующий день в Казани. И в тот момент я лично ощутил разницу, когда мы полностью выложились в Самаре, на следующий день мы уехали в Казань, энергии было уже мало. Этот расход чувствуется. Я не представляю, как профессиональные группы турят, когда у них в день по концерту. Естественно, они выступают за деньги. Но на самом деле это просто тяжело. Это как после секса с женщиной у тебя пропадает интерес. Уже нет такого желания, у тебя уже нет эмоций, чтобы дальше продолжать. Пропадает энтузиазм.

Гипотетически, в ближайшее время у вас запланирован концерт. Какую атмосферу ждете на своем концерте? Кто бы к вам пришел, кого бы ждали?

Ваня: В принципе наши двери открыты. Если человек хочет посмотреть, угареть, ради Бога. Мы же не требует ни от кого росписи кровью, чтобы они в чем-то были согласны с нами. Мы ждем даже теоретически несогласную с нами публику. Ведь если они готовы рубиться под наши темы, значит, они уже хоть в чем-то согласны с нами.

Костя: Мы всегда открыты для всех. Я всегда был сторонником только открытых концертов, чтобы туда приходили абсолютно разные люди. Потому что превращение в закрытую секту – это тупик. Это не стоит того. Не стоит делать шоу ради шоу. Надо быть максимально открытыми, и не имеет значения, кто придет на концерт, сколько придет народу на концерт. Я знаю, что когда начинается движуха, все должны оставлять свои заморочки в стороне и обмениваться энергетикой друг с другом. Вот в чем смысл концерта, а не в том, чтобы провести какое-то мероприятие политическое, отзиговаться и разойтись по домам.

OHS - Stone Forest

То есть спокойно бы отнеслись к приходу авторов некролога?

Костя: Нет, этих людей я не хотел бы видеть. Да они и сами не придут. А если и придут, я не думаю, что они попадут внутрь, потому что для них мы сделаем исключение.

Придется им слушать «OHS» втихаря.

Костя: Они будут слушать тайком. Это уже не наше дело.

Ваня: Майки пусть продают, у них это хорошо получается.

Как кстати отнеслись к порции глума в вашу сторону в той теме с футболками?

Костя: С улыбкой, как всегда. Мы все понимаем, это тоже часть шоу в своем роде. Продолжение шумихи вокруг нас. Фактически реклама. Интересная реклама. В очень неудобное положение попали те, кто обвиняли нас в причастности к нацизму. Потому что уж теперь сказать, что мы нацисты…

Ваня: Да им все равно, они тупые. Будут стариками 80-летними, будет у них морщинистая жопа, они все равно будут говорить, что «OHS» – это Гитлер, нацики еб**ые. В принципе этих идиотов уже не исправить.

Костя: Дебилов хватает,  горбатого могила исправит, тут медицина бессильна.

Ваня: А этих людей мы и правда, не хотим видеть на своих концертах, тут уже личная неприязнь.

Костя: Они сами закрыли для себя эту дверь, эту возможность.

Ваня: Причем самое интересно, что как таковое, общение прекратилось после последнего большого гига. После этого один-два раза виделись. Мы с ними пересекались после прикола с Тесаком. Тогда они уже были заняты коммерцией.

Костя: У них были свои темы, наши интересы больше нигде не пересекались.  Никто из них, хотя они заявляли себя нашими друзьями, не предпринял и попытки понять и выяснить, почему мы приняли такую позицию по гражданскому конфликту на Украине. Никто и никогда. Никто не позвонил, не написал. Они просто сказали, вы ватники, идите на ***. Хорошо, мы ватники. Мы вообще ватники-путиноиды, главное, нас Бандерой не называйте. Потому что если тебя хоть раз Бандерой назовут, то все, конец, потом это будет кличка твоя. Самое страшное, что может произойти в жизни, это если тебя назовут Бандерой. Клеймо. Мы ватники, можете на этом успокоиться.

Ваня: Людям же надо чем-то заниматься. Они начали заниматься единоборствами и на этой теме сошлись с соратничками с Украины. Соответственно, соратники с Украины приняли понятно какую позицию, как и вся молодежь на Украине. Но спорить с нами по поводу нашей позиции никто не собирался, потому что у людей не хватит знаний. Они не готовы спорить. Они скажут, наверно, что спорить с вами бессмысленно, вы упертые. Но никогда нет бессмысленных споров. Когда с человеком дружишь, ты должен находить с ним общий язык. Если вы настоящие друзья, вы должны находить, не должно быть недосказанности между друзьями. А мы искренне считали их друзьями, ездили на разные разборки и готовы были помочь монетой, присутствием, духом. Они выбрали свой путь. Для них, оказалось, получить общее порицание страшнее, чем получить наше порицание. Порицание общества молодых модных тусовщиков, татуированных шмар и тому подобной ху**и, одетых в «Manto» и фоткающихся в Instagram. Потерять их котировки оказалось гораздо важнее, чем наши. Мы люди не такие уж и публичные. Мы скромные интеллигенты. Они вообще собирались сделать все втихаря, по сути, так и было. Они втихаря хотели съехать с этой темы, перестать общаться и забыть. Но получилась такая тема, что нас пытались заткнуть через них. И они сделали такой шаг — обозначились, что больше не с нами. Сделали это прилюдно и вообще закрыли «OHS». Как будто это дверь, и её можно закрыть.

Костя:  Для них субкультурное го**о оказалось важнее. Возможность на халяву зиговать и рунами обмазываться оказалась важнее. Они сделали это публично, чтобы их не дое****ли. По факту мы с ними не общаемся уже давным-давно. Они не влияли абсолютно ни на что. Но их ассоциировали с нами. И их новые друзья пытались влиять на нас через них. Вот поэтому они и пошли на обострение. Они раздували этот флеш-моб, который на фоне моды ненавидеть и срать «рашку», пришелся весьма кстати. И все эти люди, радостно репостнули этот некролог и считают, что сделали какое-то глобальное дело. Я на самом деле просто посмеялся. Это взрослые люди по 30 лет и ведут себя как дети.  Обидевшиеся и расстроенные дети, что их отлучили от сиськи.

Интересная особенность водораздела. Если ты узнал, что твой друг поддерживает проукраинскую сторону, тебе все равно будет интересно, почему он сделал такой выбор. Тебе хочется с ним об этом поговорить, найти точки соприкосновения. Но в случаях же с проукранской стороной, если они узнали, что их друг за ополченцев, он моментально становится ватником, запутинцем, нерукопожатым, с ним перестают общаться.

Ваня: Тут дело даже не в ополченцах и тем более не в Путине. Вопрос в том, что мы против сепаратизма части русского народа малороссов по отношению  русской общей цивилизации. То есть, если бы даже ополченцев не было в природе, мы все равно стояли бы на этих позициях антижидобандерских. То, что они появились – это следствие глобальной недооценки. Никто не верил в Донбасс. Их же называли депрессивным регионом, там все нарики, они не ездят в Европу, у них родственники в «рашке», сидят и считают копейки, шахтеры еб***е. А мы тут ездим в Европу, в Польшу. Они проявили высокомерие, и жизнь их за это наказала. Анархисты их местные смеются над мойщиками машин, которые стали гордостью ДНР. То есть анархист считает, что мыть машины – это западло. А этот мойщик машин сейчас еб** самые топовые подразделения украинской армии. Ведь все лучшие подразделения уже там. По тылам сидят мусора и инвалиды. «Русич», «Спарта», «Пятнашка», «Сомали» — это все в лучшем случае бывшие срочники, а в массе своей вообще без опыта боевых действий.

Костя: Это простые ребята, тот же Гиви. Он сам из Иловайска, но как его только не называли. Он сам парень-то русский, он просто взял себе псевдоним Гиви.

Ваня: А они обсасывают это, как будто это реально «гиви». С той стороны тоже воюет набор еще тот. Мобилизация вот последняя прошла, в которой мойщик машин – это еще хорошо.  Там плитоукладчики, им говорят мобилизация, идешь воевать. Получается такая хрень, что шахтеры воюют с плитоукладчиками. А где-то в сторонке батальоны карателей, которых поддерживают наши бывшие  друзья.

Вечное противостояние добра и зла, белое и черное.

Костя: Хотелось бы отметить во всей этой ситуации. Нас часто спрашивают, вы шафки или боны? Когда мы слали их на ***, нам отвечали, как так? Нужно быть либо тем, либо тем. Быть шафкой или боном – это ширк или куфр. Если ты шафка или бон, то ты уже не на истине. А если ты не на истине, то зачем вообще этим заниматься? И этот гражданский конфликт на Украине давно уже вышел за границы дешевых понятий шафка или бон. Эти шафки или боны пытаются со своих позиций объяснить то, что сейчас происходит. Выдвигают какие-то теории. Но понятно же, что все эти теории – полнейшая чушь. Никакие шафки ,  никакие боны не имеют к событиям на Украине никакого отношения. Там идет глубокий гражданский конфликт. Там много уровней этого конфликта: культурные, исторические, языковые, политические, мафиозные. Но там точно нет шавок и бонов. То есть нельзя сказать, что с одной стороны все шафки, а с другой все боны. Это все чушь собачья. Быть шафкой или боном – эта ситуация все показала, что это херня. Ребята, надо взрослеть, надо эволюционировать, надо выкинуть весь этот псевдополитический хлам на помойку раз и навсегда. Не слушайте никого, это все х***а. Это для всех очевидно. Кто может это увидеть, кто может осмыслить, сейчас уже это поняли. Реальная жизнь гораздо сложнее, многограннее. И все теории ничего не объясняют.

Так бывает, когда журналисты берут интервью у распиаренных звезд, те несут какую-то пургу, подкидывают 2-3 предложения и на этом все, заканчивается интервью. А андерграундные группы, в том числе и хардкорщики, выдают объемные интервью, пытаются что-то сказать, доносят свою философию и идею. Сегодня получилось не просто интервью, а политический экскурс по событиям на Украине. Надеемся, читателям очень понравится. Напоследок хотелось бы задать традиционный для нашего журнала вопрос, каким вы видите образ современного мужчины? Каким он должен быть?

Костя: Я считаю, что настоящий мужчина не должен иметь Instagram. А в остальном мужчина – это, в первую очередь, ответственность, это четкая позиция. Не политическая или субкультурная, а жизненная. Ответственность за свои поступки и за свою жизнь. И настоящий мужчина должен всегда работать над собой. Он должен заниматься спортом.  Я не говорю о straightedge,но от алкоголя и прочего яда надо отказываться. Конечно, каждый человек имеет свои недостатки, каждый совершает ошибки. И я в том числе, приношу своим близким боль. Но каждый человек учится на своих ошибках. Он живет, взрослеет, растет. И он осознает себя как личность, когда совершив ошибку, он ищет пути исправить ее. Настоящий мужчина не должен бояться совершать ошибки, не должен бояться их признавать. Он должен искать силы, чтобы исправить их. Вот кто такой настоящий мужчина.

Ваня: Я добавлю к вышесказанному, что настоящий мужчина обладает творческим началом и своим мнением. Недавно увидел тему в интернете. В Голландии закинули по 15 женщин и мужиков на остров, дали им определенный объем  питья, еды и инструментов. Теоретически шансы равные. Но на практике все по-другому. У женщин другая метафизика, другое предназначение. Они охраняют, оберегают то, что есть. Они не умеют строить с нуля. Как правило, женщины не умеют создавать огромные проекты. Возьми самые крупные компании, они основаны мужчинами. Мужчина дерзает в своей жизни сделать что-то, потому что у него как-то по-другому разум работает. Он не подстраивается под то, что есть. Мужчина рано или поздно понимает, что хочет сделать что-то по-другому, не хочет подстраиваться. И он начинает с нуля возводить свою жизнь, бизнес. Люди, когда добывали нефть в Америке, тыкали лопатой в землю, потом каким-то чудом продавали, ставили вышку, все с нуля. Никакой женщине это не под силу. И не только по причине сложности физического труда, а потому, что женщины охраняют то, что есть. Они смотрят, у кого и что есть, сколько, какие варианты. Как игрок на бирже. Но игрок на бирже не строит свою компанию, он играет на том, что есть. Настоящий мужчина должен создавать больше, чем ему надо. Возвращаясь к голландцам. У мужчин все получилось, отличный дом, все продукты на месте. А бабы все сожрали и две недели загорали. Пока все не согласятся, они ничего не делали по отдельности. А у мужчин по-другому. Ему скажут: «Слушай,  там пацаны против». А он ответит: «Да мне по ***! Я лучше знаю, я вот так сделаю». Эта дерзость и желание делать что-то отличают настоящего мужчину от женоподобного человека, который все время с оглядкой смотрит на авторитеты. Поэтому очевидно, что субкультура стала женоподобна. Они все смотрят друг на друга, как бы что-то не то ляпнуть, как бы что-то не то репостнуть или лайкнуть. Они очень сильно этого боятся. Это более женский тип поведения. Нам-то по ***. Нас называют путинистами, но мы никаких контактов с Путиным не имеем. Нам никто не платит, мы никого не знаем из «Молодой гвардии». В отличие от, например,  Тесака, который напрямую был связан с ФСБ. Мы вообще никого не знаем. Они мимо нас. Из нас никто на государство не работал ни дня. Мы к этому государству, к этой машине не причастны абсолютно. Обвинять нас в какой-то ангажированности, это значит лукавить, просто врать.

Костя: Я знаю, что в нашем обществе те, кто идут против толпы, кто идет против вот этой моды срать «рашку»,  испытывают огромное давление. В околофутболе, хардкоре, у шавок, у бонов. Все ощущают давление от этой блевоты, от этого стада, которое приучено массово ставит лайки и репостить. Сейчас их много. И я знаю, что настоящий мужчина никогда не прогнется под эту ху**ю. У него есть свое мнение. И ему *** класть на это стадо. Он никогда не прогнется.

OHS - Stone Forest