Эзра Лумис Паунд — один из самых влиятельных и одновременно самых спорных поэтов XX века. О непреходящей ценности его собственных стихов критики спорят до сих пор, но его роль как центральной фигуры в формировании современной литературы сомнению не подвергается: без его новаторства и подвижничества ландшафт модернистской поэзии был бы принципиально иным.
Ранние годы и путь в Европу
Паунд родился 30 октября 1885 года в городке Хейли, штат Айдахо. Через полтора года семья переехала в Пенсильванию и в итоге обосновалась в пригороде Филадельфии. Впервые Европу, где ему предстояло провести большую часть жизни, он увидел в 1898 году, отправившись туда на три месяца с двоюродной бабушкой.
Ещё в юности Паунд заявил о намерении узнать всё, что только можно об искусстве поэзии. Он учился в Университете Пенсильвании и в Гамильтон-колледже (диплом получил в 1905 году), изучал романские литературы и даже планировал докторскую диссертацию об испанском драматурге XVII века Лопе де Веге. Однако в 1907 году, после двух лет преподавания в Уобаш-колледже, он оставил академическую карьеру и уехал искать литературной удачи в Европу. Живя в Венеции, он за собственный счёт издал первую книгу стихов «A Lume Spento» (1908) и с её экземплярами в качестве «визитной карточки» отправился в Лондон — тогдашний центр литературной жизни англоязычного мира.
Лондон: имажизм и вортицизм
В Лондон Паунда влекло прежде всего желание познакомиться с ирландским поэтом Уильямом Батлером Йейтсом, которого он считал величайшим из живущих. Вскоре дерзкий американец в богемном наряде регулярно встречался не только с Йейтсом, но и со многими ведущими писателями эпохи и стал одной из главных фигур авангардной революции в искусстве. На его раннюю поэзию повлияли викторианец Роберт Браунинг, поздний прерафаэлит Алджернон Чарльз Суинберн, а также средневековые авторы, которых он изучал в университете: провансальские трубадуры, Франсуа Вийон, тосканцы Гвидо Кавальканти и Данте Алигьери.
Главным вкладом Паунда этого периода стал имажизм — движение, которое он основал вместе со своей бывшей невестой, поэтессой Х.Д. (Хильдой Дулитл), и её мужем Ричардом Олдингтоном (источники датируют рождение движения 1912–1913 годами). Имажизм, опиравшийся на технику классической китайской и японской поэзии, требовал ясности, точности и экономии языка, краткости и свободного стиха — отказа от традиционных рифмы и метра, чтобы, по словам Паунда, «сочинять в последовательности музыкальной фразы, а не в последовательности метронома». Манифест имажизма и стихи Паунд опубликовал в чикагском журнале Poetry (март–апрель 1913) и лондонском New Freewoman (август 1913). С движением были связаны Д. Г. Лоуренс, Эми Лоуэлл, Уильям Карлос Уильямс, Джеймс Джойс и другие.
Отредактировав в 1914 году первую антологию имажизма, Паунд к тому времени уже увлёкся вортицизмом — художественно-литературным движением, основанным Перси Уиндемом Льюисом и ставшим важнейшим ранним вкладом Англии в модернистскую революцию. Паунд публиковался в журнале движения Blast.
Покровитель модернистов
Интерес к восточной поэзии укрепился, когда Паунд стал литературным душеприказчиком учёного Эрнеста Феноллозы и занялся его архивом, посвящённым китайской и японской словесности. Его новаторские, поначалу спорные, но впоследствии признанные методы поэтического перевода повлияли на переводчиков всего XX века.
Паунд был знаменит щедростью, с которой продвигал современников: он поддерживал У. Б. Йейтса, Роберта Фроста, Уильяма Карлоса Уильямса, Марианну Мур, Х.Д., Джеймса Джойса, Эрнеста Хемингуэя, художника Уиндема Льюиса, скульптора Анри Годье-Бжеску и особенно Т. С. Элиота. Многие из тех, кого он отстаивал в десятках статей, позже были признаны создателями новой литературы. Именно Паунд отредактировал «Бесплодную землю» Элиота (1922) — итоговый облик этой архетипической модернистской поэмы во многом определён его правкой, которую можно увидеть в факсимильном издании черновиков под редакцией Валери Элиот.
В 1914 году Паунд женился на Дороти Шекспир, а в 1917 стал редактором лондонского журнала Little Review. Собственный статус значительного современного поэта он утвердил поэмой «Хью Селвин Моберли» (1920), написанной в подчёркнуто современном стиле рассказа о разочаровании в британском литературном истеблишменте и западной культуре в целом, с резкими сменами сцен и спрессованными аллюзиями от античной Греции до Первой мировой войны. На тот момент это был самый яркий образец модернизма в поэзии.
«Кантос» — эпос длиною в жизнь
Ещё в годы Первой мировой войны (около 1915 года) Паунд начал главный труд своей жизни — эпическую поэму «Кантос» (The Cantos), одним из образцов для которой послужила «Божественная комедия» Данте. Отдельные песни выходили в журналах и книжных выпусках на протяжении почти пятидесяти лет: «A Draft of XVI Cantos» (1925), «A Draft of XXX Cantos» (1930), «Eleven New Cantos» (1934), «The Fifth Decad of Cantos» (1937), «Cantos LII–LXXI» (1940) и другие. Поэма осталась незавершённой к его смерти.
«Кантос» — энциклопедический текст, сотканный из цитат и комментариев к книгам по истории, политике, экономике и религии, из исследований исторических фигур: песни 8–11, например, посвящены правителю Римини XV века Сиджизмондо Малатесте, материалы о котором Паунд собирал в итальянских архивах. Поэма охватывает эпохи от древнего Китая до ренессансной Италии и джефферсоновской Америки, переплетая их с отсылками к жизни самого автора; в поздние песни включены даже фрагменты нотной записи.
Чтение поначалу сбивает с толку обилием источников, но постепенно читатель начинает узнавать «сюжетные рифмы» — повторяющиеся идеи, складывающиеся в рассуждение о том, как должна быть устроена цивилизация. Стиль сложен, порой мучительно тёмен, однако отдельные пассажи поразительно красивы и точны. Одно из главных достижений поэмы — разрушение представления о том, что для поэзии пригодны лишь определённые виды языка, идей и эмоций. Впрочем, в целостности этого гигантского произведения со временем сомневался даже сам автор.
Италия, фашизм и обвинение в измене
Разочаровавшись в робости и консерватизме британской культуры, Паунд в 1921 году перебрался в Париж, где вновь погрузился в авангардную среду и среди молодых авторов выделил Хемингуэя. В 1924 году он переехал в Рапалло на итальянской Ривьере. Там, как и многие после Великой войны, он увлёкся экономическими рецептами против бедности и войн, стал восхищаться Бенито Муссолини и итальянским фашизмом, утверждая, что дух первых американских президентов живее в Италии Муссолини, чем в США при Гувере и Рузвельте.
Во время Второй мировой войны Паунд остался в Италии и вёл передачи на римском радио, транслируя фашистскую пропаганду на США. В 1945 году его арестовали по обвинению в государственной измене и поместили в дисциплинарный лагерь армии США под Пизой, затем доставили в Америку. До суда дело не дошло: Паунда признали психически больным, неспособным предстать перед судом, и поместили в госпиталь Святой Елизаветы в Вашингтоне.
В 1948 году разразился громкий скандал: жюри Боллингенской премии, включавшее виднейших писателей эпохи, решило отделить политическую биографию Паунда от его поэтических заслуг и присудило ему награду за «Пизанские песни» (The Pisan Cantos) — стихи, написанные во время заключения в итальянском лагере. В госпитале Паунд продолжал писать, принимал многочисленных писателей, но постепенно угасал физически и душевно. Лишь в 1958 году, после непрекращающихся ходатайств литераторов, он был освобождён и вернулся в Италию. Последние годы он прожил полузатворником и умер в Венеции 1 ноября 1972 года.
Наследие и споры
Политические взгляды Паунда и его антисемитизм, который он сам на склоне лет признал глупостью, по сей день окрашивают оценки его места в поэзии; некоторые считают, что его творчество вообще не следует изучать. Долгое время читатели сосредотачивались на наименее спорных частях наследия, раннем имажизме и «Пизанских песнях», но в последние десятилетия критика напрямую обратилась к экономическому и политическому измерению «Кантос» и всей карьеры поэта: историю, в том числе собственную, нужно знать целиком, не обеляя ни Паунда, ни кого-либо другого.
При всех оговорках даже противники признают: Паунд был ключевой фигурой пересоздания литературы во втором и третьем десятилетиях XX века. Его влияние прослеживается у Бэзила Бантинга, Чарльза Олсона, Луиса Зукофски, Дж. Х. Прина и многих других. Он продвигал Элиота и Джойса, воздействовал на современников критикой, прокладывал путь собственными стихами — и без него история новейшей литературы была бы совсем другой.
